Альбрехт Дюрер. Особенности творчества.

1. Биография 1.1 Ранние годы 1.2 Женитьбы и семейная жизнь
2. Творчество итальянского и нюрнбергского периодов
3. Технологии гравюр
4. Особенности творчества
5. Известные работы
6. Заключение

Дюрер родился в Нюрнберге 21 мая 1471 года. Он был третьим ребенком в семье известного нюрнбергского ювелира Альбрехта Дюрера Старшего. После окончания латинской школы в 1484 году тринадцатилетний мальчик начинает работать в мастерской отца в качестве подмастерья, где приобретает первые художественные навыки и учится ремеслу ювелира. В эти годы появляются его первые рисунки и возникает острое желание быть живописцем. С большим сожалением Дюрер Старший отпускает Альбрехта на три года в обучение к Михаэлю Вольгемуту — самому знаменитому нюрнбергскому живописцу, иллюстратору и граверу. В мастерской Вольгемута в 1486–1489 годах Альбрехт не только изучает живопись, но и узнает все особенности техники гравюры на дереве. Возможно, участвует в работе над иллюстра­циями к «Всемирной хронике» Гартмана Шеделя.

В 1490 году, как было принято в то время, начинающий художник отправляется в странствие по немецким землям, посещает города Германии и Швейцарии. Засвидетельствовано его пребывание в Кольмаре, Базеле, Страсбурге. К этому периоду относится возникновение первой гравюры на дереве «Св. Иероним в келье». Предположительно, в Базеле участвует в создании иллюстраций к комедиям Теренция, к «Турнскому рыцарю», к «Кораблю дураков» Себастьяна Бранта. Первый живописный автопортрет, созданный художником, датируется 1493 годом.

Отец Дюрера прибыл в Нюрнберг 25 июня 1455 года. В тот день у местного патриция Филиппа Пиркгеймера была свадьба, её играли у крепости, под большими липами. Это показалось венгерскому золотых и серебряных дел мастеру хорошим предзнаменованием, и он остался в городе насовсем. Нанялся на работу к бюргеру Иерониму Холперу, который вскоре, оценив честность и трудолюбие венгра Альбрехта, отдал за него свою дочь, «красивую проворную девицу по имени Барбара, пятнадцати лет». Благодаря этому браку отец Дюрера получил статус гражданина Нюрнберга.

Предзнаменование не обмануло: в семье Дюреров родилось огромное число детей — восемнадцать, из которых, правда, до зрелых лет доживёт лишь трое сыновей, включая художника. Он был третьим ребёнком из 18-ти. Отец рано заметил, насколько рука Альбрехта-младшего тверда, а глазомер точен: он уверенно может провести линию или окружность, не прибегая к линейке и циркулю. Конечно, отец надеялся, что сын станет ювелиром, продолжит династию.

Но сын — не захотел. Лет в 10 он открыл для себя, какую ни с чем не сравнимую радость доставляет ему чудо прикосновения карандаша к бумаге: «Я рисовал втайне от отца. Знал: он будет недоволен. Но рисование уже стало необходимо мне, как воздух».

Старший Альбрехт Дюрер сдался — и отдал Альбрехта-младшего в мастерскую Михаэля Вольгемута, известного в Нюрнберге художника и скульптора (см. портрет Вольгемута кисти Дюрера ниже). Главное, чему за три года научился у него Дюрер, — гравирование на дереве. Интерес к линии, формам, пропорциям был для него на первых порах важнее интереса к краскам и колориту, и искусство гравюры как нельзя лучше отвечало его природным склонностям.

Когда художнику Дюреру исполнилось 18, его отец принял решение, что сыну пора увидеть мир. Это было частью традиционной программы становления мастера — «годы странствий». Предполагают, что Дюрер побывал в Нидерландах и южной Германии. Точно известно, что он посетил город Кольмар, намеревался встретиться там с художником Мартином Шонгауэром, к которому отец дал Дюреру рекомендательное письмо. Но информация в конце XV века распространялась медленно: прибыв в Кольмар, Дюрер с изумлением узнал, что Шонгауэра уже год как нет в живых.

Зато Дюрера хорошо приняли братья Шонгауэра — Каспар, Пауль и Людвиг, ювелиры и гравёры. От них-то он и получил ценнейшее, можно сказать, эксклюзивное умение — гравировать не по дереву, а по меди. Это была новая техника, популярная у ювелиров и требующая очень тонкой и точной работы, и далеко не все были в состоянии её освоить. При создании резцовой гравюры на меди мастер водит не резцом, а передвигает под ним медную пластинку, в то время как кисть его руки остаётся неподвижной. В этой сложнейшей технике, не дававшейся почти никому, Дюрер оказался непревзойдённым. И самые известные работы Альбрехта Дюрера («Святой Иероним в келье», «Рыцарь, Смерть и Дьявол» и «Меланхолия») — это именно гравюры на меди. (см. ниже)

После Кольмара Дюрер еще несколько лет прожил в Базеле, городе книгопечатания и книготорговли, и за это время успел создать около 250-ти книжных иллюстраций. Их количество, а главное, качество было поразительным. Особенно если учесть, что автору только-только исполнилось 20. Что ж, не зря крёстным отцом Дюрера был Антон Кобергер — владелец крупнейшей (24 печатных станка, больше 100 работников) в Нюрнберге типографии.

Длившееся 4 года путешествие Дюрера завершилось внезапно. Отец прислал ему письмо, в котором настоятельно потребовал Альбрехта домой. Повод был важнейший: старший Дюрер сосватал 22-летнему сыну подходящую невесту. 15-летняя Агнес Фрай была дочкой богатого механика и владельца цехов по производству точных инструментов (а Нюрнберг времён Дюрера славился своими мастерами — там, к примеру, были изобретены карманные часы и даже глобус). Будущий тесть Дюрера входил в руководство города и, по слухам, был связан кровными узами с итальянской банкирской династией Медичи. В общем, для сына многодетного и совсем не богатого венгра это была крайне выгодная партия. К тому же за Агнес давали кругленькую сумму — 200 гульденов.

Судя по документам, никакого внутреннего протеста заочное сватовство у Дюрера не вызвало. Он был очень почтительным сыном, любил отца и боготворил мать, ему и в голову не пришло ослушаться. Более того: известный луврский автопортрет с рыжими локонами и в нарядной до вычурности одежде, за который художника не раз упрекнут в самолюбовании (как и за более поздний автопортрет из Прадо), Дюрер написал специально, чтобы послать невесте, которая никогда его не видела. Представил «товар лицом».

Этот брак, продлившийся до самой смерти Дюрера и внешне вполне благополучный, мало кто осмеливался назвать счастливым. Ближайший друг Дюрера, гуманист Виллибальд Пиркгеймер (из рода тех самых патрициев Пиркгеймеров, на чью свадьбу когда-то удачно угодил Дюрер-отец) писал: «Семейная жизнь Альбрехта Дюрера и Агнес Фрай не сложилась — может быть, потому, что они не имели детей. А может быть, детей они не имели именно потому, что жизнь не сложилась…» Письма Дюрера к другу пестрят грубоватыми шутками в отношении любовных похождений Пиркгеймера, но не дают никакой информации о таковых у Дюрера. Кажется, этот меланхолический красавец с тонкими чертами, длинными пальцами и выразительным взглядом, неравнодушный к собственной внешности, был довольно равнодушен к тому, на что многие готовы положить жизнь, — любовным страстям и романтическим приключениям.

…Свадьба состоялась в июле 1494-го, а уже в сентябре Дюрер в первый раз оставил Агнес, как будет неоднократно поступать и потом. Он отправил жену в деревню под предлогом надвигавшейся на Нюрнберг чумы, а сам уехал в Венецию.