I. Концепция
Хонтология (hauntology) — философское понятие, которое предложил Жак Деррида в книге «Призраки Маркса» (1993). Оно связано с идеей о том, что прошлое никогда не исчезает окончательно и продолжает влиять на настоящее. Деррида использует образ призрака для описания того, что уже отсутствует или ещё не существует, но при этом сохраняет своё присутствие в нашей жизни.
Позднее британский философ и музыкальный критик Марк Фишер применил эту концепцию к современной культуре, в частности к музыке. В книге Ghosts of My Life (2014) он рассматривает хонтологию через идею «утраченных будущих» (lost futures). Фишер обращает внимание на то, что современная культура всё чаще возвращается к стилям и образам прошлого. По его мнению, это связано с постепенной утратой представлений о будущем как о чём-то принципиально новом. Нас преследуют не только воспоминания о прошлом, но и образы будущего, которое когда-то казалось возможным, однако так и не наступило.
В музыке хонтология проявляется особенно интересно. Старые звуковые приёмы, технологии записи и музыкальные стили продолжают существовать в новых произведениях. При этом хонтологию нельзя свести к обычной ностальгии или подражанию музыке прошлого. Для Фишера важны именно следы исчезнувших возможностей: музыка может напоминать не только о том, как звучала определённая эпоха, но и о том, каким люди в эту эпоху представляли будущее.
С этой точки зрения интересно обратиться к экспериментальной музыке 1960-х годов. В этот период музыканты активно исследовали возможности студийной записи и искали новые способы работы со звуком. Особенно заметны эти эксперименты в психоделическом роке и поп-музыке, где привычные музыкальные формы дополнялись шумом, продолжительными звуками, повторениями и необычными инструментальными сочетаниями.
При этом экспериментальное звучание развивалось в разных направлениях. Например, The Velvet Underground использовали гитарный шум, дрон и монотонные ритмы, создавая напряжённое, гипнотическое звучание. В композиции Venus in Furs (1967) важную роль играет протяжённый звук электрического альта Джона Кейла. В то же время The Beach Boys под руководством Брайана Уилсона экспериментировали со сложными вокальными гармониями и многослойной студийной записью. Композиция I Just Wasn’t Made for These Times (1966) стала одним из примеров такого подхода.


Brian Wilson, 1966/A new exhibition, «The Velvet Underground Experience, ” insists on marrying the sponsored with the obscure, as if presenting the two side by side can make them compatible
Британская группа, Spacemen 3, развивала идеи минимализма, дрона и гипнотического повторения, обращаясь в том числе к наследию The Velvet Underground. В композиции Ecstasy Symphony (1987) продолжительное органное звучание становится основой практически всего произведения.


Статья про Spaceman 3/Spaceman 3 by Steve Double
Позднее интерес к экспериментам 1960-х проявился в творчестве Animal Collective и Panda Bear. Вокальные гармонии, напоминающие музыку Брайана Уилсона, здесь соединяются с сэмплированием, электронными инструментами и повторяющимися звуковыми фрагментами. Особенно интересна композиция Panda Bear Drone (2011), в которой можно услышать черты обеих традиций: многоголосие психоделического попа и протяжённое звучание, характерное для экспериментального рока. При этом связь между исполнителями существует не только на уровне музыкального сходства: Пит Кембер, один из основателей Spacemen 3, участвовал в работе над альбомом Panda Bear Tomboy.
Panda Bear и Sonic Boom
Таким образом, звуковые эксперименты 1960-х продолжают существовать в независимой музыке спустя десятилетия. Однако возникает вопрос: что означает это возвращение? Музыканты просто используют удачные приёмы своих предшественников или пытаются заново обратиться к идеям, которые когда-то были связаны с поиском нового звучания?
Музыкальный критик Саймон Рейнольдс в книге Retromania (2011) рассматривает постоянное возвращение популярной культуры к собственному прошлому. Его наблюдения перекликаются с идеями Фишера о том, что современная музыка всё чаще обращается к уже существовавшим формам. Но здесь возникает и другое предположение: возможно, интерес к экспериментам прошлого связан не только с ностальгией, но и с желанием продолжить идеи, которые ещё не исчерпали своих возможностей.
Я предполагаю, что обращение к экспериментальной музыке 1960-х не всегда является простым повторением прошлого. В некоторых случаях оно позволяет музыкантам продолжать прежние эксперименты и находить новые способы их применения. При этом сами звуковые приёмы уже несут следы определённой эпохи и могут вызывать ассоциации с её музыкальной культурой.
Через сопоставление композиций, архивных фотографий, интервью музыкантов и музыкальной критики я хочу выяснить, насколько концепция хонтологии подходит для объяснения этих процессов. Можно ли увидеть в возвращении экспериментального звучания проявление утраченного музыкального будущего, о котором писал Марк Фишер? Или такие возвращения, напротив, показывают, что прошлое продолжает оставаться источником новых идей?
II. Содержание
I. Концепция
II. Содержание
III. Основная часть:
1. Что такое хонтология?
2. Психоделический рок
3. Психоделический поп
IV. Заключение
III.1 Что такое хонтология?
Понятие хонтологии (hauntology) впервые появилось в книге французского философа Жака Деррида «Призраки Маркса» (1993). Термин образован от французского hanter — «преследовать», «являться в виде призрака» — и созвучен слову «онтология», обозначающему философское учение о бытии. Деррида использует образ призрака, чтобы показать, что прошлое не исчезает бесследно. События, идеи и возможности, которые принято считать завершёнными, продолжают влиять на настоящее. При этом призрак может быть связан не только с тем, что уже исчезло, но и с тем, что ещё не осуществилось. Таким образом, хонтология ставит под сомнение привычное представление о времени как о последовательной смене прошлого, настоящего и будущего.
Первоначально Деррида обращался к политической истории и наследию марксизма. Однако в 2000-х годах понятие получило новое применение в культурной критике, в том числе благодаря британскому философу и музыкальному критику Марку Фишеру. В статье What Is Hauntology? (2012) и книге Ghosts of My Life: Writings on Depression, Hauntology and Lost Futures (2014) он использует хонтологию для анализа современной культуры, прежде всего музыки, кино и телевидения.
В центре его рассуждений находится идея «медленной отмены будущего» (the slow cancellation of the future), которую Фишер заимствовал у итальянского философа Франко Берарди. Речь идёт не о буквальном исчезновении будущего, а о постепенной утрате способности представлять его принципиально отличным от настоящего. В XX веке культурные и технологические изменения нередко сопровождались ожиданием нового мира. Будущее казалось пространством возможностей, а музыка, искусство и технологии предлагали представления о том, каким он может стать. Фишер полагает, что к началу XXI века это ощущение во многом ослабло. Несмотря на непрерывное развитие технологий, популярная культура всё чаще воспроизводит уже знакомые формы и обращается к собственному прошлому.
Особенно заметным этот процесс представляется Фишеру в музыке. В интервью 2014 года он обращает внимание на то, что при попытке представить футуристическое звучание люди нередко обращаются к электронной музыке прошлых десятилетий — например, к Kraftwerk или экспериментам BBC Radiophonic Workshop. Музыка, которая когда-то воспринималась как звук будущего, теперь принадлежит прошлому. При этом новые произведения продолжают использовать её художественный язык. Возникает парадокс: будущее в музыке всё чаще напоминает о том, каким его представляли много лет назад.
Для объяснения этого явления Фишер обращается к понятию «популярного модернизма» (popular modernism). Так он описывает культурную ситуацию, в которой экспериментальное искусство могло существовать не только в узких академических кругах, но и в массовой культуре. Во второй половине XX века новые музыкальные идеи распространялись через радио, телевидение и музыкальную прессу. Слушатель мог столкнуться с необычными звуками и художественными экспериментами, даже не имея специальной подготовки. Для самого Фишера важную роль играла британская музыкальная пресса, через которую он знакомился не только с новыми исполнителями, но и с философскими идеями.
По мнению Фишера, к концу XX века такая культурная среда начала ослабевать. Он связывает этот процесс с распространением неолиберальной экономической модели, коммерциализацией культуры и изменениями в музыкальной индустрии. Фишер не утверждает, что новая музыка перестала появляться. Скорее его беспокоит то, что даже новые произведения всё чаще опираются на уже существующие стили, а представление о будущем как о времени радикальных культурных изменений постепенно исчезает.
Именно здесь хонтология приобретает особое значение. Фишер выделяет две формы призрачного присутствия: то, чего больше нет, но что продолжает влиять на настоящее, и то, что ещё не произошло, хотя когда-то представлялось возможным. Последний случай особенно важен для его теории. Нас может преследовать не только память об исчезнувшей эпохе, но и ощущение будущего, которое эта эпоха обещала, однако так и не смогла осуществить.
В своей работе Hauntology, Nostalgia, and New Music (2026) музыковед Мартин Иддон также рассматривает различия между ностальгическим обращением к прошлому и хонтологией в музыке. Это различие важно, поскольку само по себе использование старых музыкальных приёмов ещё не делает произведение хонтологическим. Необходимо учитывать, как музыка обращается к истории и какое значение приобретают звуки прошлого в новом контексте.
Означает ли возвращение к экспериментальному звучанию прошлого утрату способности создавать новое? Или прежние музыкальные идеи продолжают развиваться и находить новые формы? Чтобы разобраться в этом, далее я рассмотрю две линии музыкального влияния: от The Velvet Underground к Spacemen 3 и от The Beach Boys к Panda Bear.
III.2 Психоделический рок
В 1960-е годы музыканты начали активно переосмыслять привычную структуру рок- и поп-композиций, экспериментируя с шумом, повторением и продолжительным звучанием. Одним из наиболее заметных примеров такого подхода стала американская группа The Velvet Underground, основанная в Нью-Йорке в 1964 году Лу Ридом и Джоном Кейлом.
The Velvet Underground in California




