Введение
Массовое представление о будущем складывают не только фантасты, но и корпорации: роман прочтут тысячи, рекламу увидят миллионы. Обычно рекламу будущего проверяют на точность — сбылось или нет. Меня интересует другое: что продаёт компания, когда рекламирует то, чего ещё нет, и как она берёт образы у фантастики, превращая их сначала в обещание, а потом в шоу. Курс «История научной фантастики / футурологии» разбирает, как складываются и распространяются общественные представления о будущем и как футурология работает в бизнесе. Реклама будущего стоит ровно на этом пересечении.
Ключевой вопрос и гипотеза
Ключевой вопрос: что продаёт компания, когда рекламирует будущее, которого ещё нет?Гипотеза: с 1939 по 2026 год реклама постепенно перестаёт продавать будущее и начинает продавать его зрелище — обещание и шоу меняются местами. Гипотеза разбита на три условия: — горизонт обещания сжимается: от конкретного года через десятилетия к «скоро» и к демонстрации «прямо сейчас»; — человек входит в кадр будущего, только когда будущее обещают лично ему, а на выставке и на шоу остаётся зрителем за кадром; — в начале периода зрелище работает на обещание, а в конце обещание работает на зрелище.Первое и третье условия проверяются чтением рекламы, второе — замером.
Принцип отбора материала
Материал — двенадцать американских кампаний 1939–2026 годов. Каждая рекламирует то, чего ещё нет, связана с фантастикой (берёт у неё образ или отдаёт ей свой) и задаёт формат, который потом подхватывают другие. Рекламой я считаю всю корпоративную коммуникацию о будущем: павильоны всемирных выставок, промо-фильмы, печатную рекламу, телеролики, концепт-видео и презентации. Смена носителя — часть сюжета.Замер сделан по десяти роликам. Печатная реклама электрокомпаний 1956 года и иллюстрации Сида Мида остаются визуальным контекстом: одну картинку нельзя честно сравнить с минутой видео. Из каждого ролика взята одна минута — кульминация, где показано главное обещание, без титров и предыстории; короткие ролики взяты целиком. Сбылись ли обещания, работа не проверяет.
Принцип рубрикации
Главы выстроены не по десятилетиям, а по тому, как устроено обещание. «Мы построим» (1939–1964): корпорация строит будущее для всех и показывает его как аттракцион — от Futurama General Motors до её повторения на выставке 1964 года.«Ты получишь» (1987–2011): будущее обращено к одному человеку и приходит через экран — Apple, AT&T, Sun, Corning. «Смотрите» (2011–2026): будущее превращается в трюк, который нельзя купить, — от Nike Mag до летающего Roadster.Каждая кампания открывается одинаковой карточкой, каждая глава заканчивается проверкой условий, а заключение «Горизонт ноль» сводит обе сквозные линии — горизонт обещания и человека в кадре — в итоговые графики.
Принцип выбора текстовых источников
Опора работы — сами кампании. Из теории — одно эссе: Джулиан Бликер в «Design Fiction» [1] описывает концепт-ролик как вымысел, снятый так, будто вещь уже существует, — это ключ ко второй главе. Метод опирается на описание модели YOLO [2] и набора COCO [3]. Факты о кампаниях подтверждены музейными коллекциями и прессой.
Метод и ограничения
По первому образованию я инженер-программист, и для меня наблюдение без замера остаётся гипотезой, а не выводом. Сказать «человек исчезает из рекламы будущего» можно, просто пролистав кадры. Но такой вывод зависит от того, какие кадры попались на глаза, поэтому присутствие человека я считаю, а не оцениваю на глаз. Инструмент я собрал сам: несколько небольших скриптов на python нарезают ролики, размечают кадры и сводят результаты в графики.Минутные фрагменты нарезаны по кадру в секунду — всего 570 кадров. Каждый кадр размечает модель сегментации YOLO [2], обученная на наборе COCO [3]: она закрашивает по силуэту людей, машины и устройства. Для каждой кампании считаются две величины: в какой доле кадров есть человек и какую долю площади кадра занимают люди. Люди на экранах внутри кадра тоже считаются: к концу века человек частично переезжает в экран.Надёжнее всего было бы разметить кадры вручную силами нескольких людей и сверить их оценки. Но это долгая работа, а модель размечает все кадры по одному правилу. Поэтому я распределил роли наоборот: разметку доверил модели, а саму модель проверил глазами — по двадцать случайных кадров на кампанию. Горизонт обещания размечен вручную по тексту рекламы на пятиступенчатой шкале, от конкретного года до «прямо сейчас». Код, данные и проверка ошибок открыты (в источниках ссылка на мой репозиторий).У метода есть ограничения. Материал почти целиком американский: именно в США сложились всемирные выставки, корпоративный футуризм и Кремниевая долина, а в СССР будущее продавала не корпорация, а государство. Модель обучена на современных фотографиях: мелкие фигуры на плёнке 1939 года она пропускает (ошибки в 6 кадрах из 20), в тёмных кадрах AT&T — в 4 из 20, в остальных роликах — от 0 до 2. Машинки на макетах и летающий Roadster она почти не узнаёт, поэтому площадь техники в работе не служит доказательством.Десять роликов показывают тенденцию, а не закон. Минуты выбраны вручную, хотя и по одному правилу, а шкала горизонта — моя интерпретация текста рекламы.
General Motors, Futurama, 1939
General Motors. «To New Horizons», 1940.Кульминация фильма — город 1960 года. Мы смотрим на него сверху, глазами пассажира аттракциона. Жителей в этом мире нет: есть улицы, машины и зритель, который висит над ними в кресле.
General Motors. «To New Horizons», 1940. 20 кадров из фрагмента 20:50–21:50 с разметкой модели YOLO. Монтаж и расчёт автора
Модель практически никого не видит.Через шестьдесят лет название павильона уйдёт в фантастику: мультсериал Мэтта Грейнинга «Футурама» назван в честь павильона 1939 года, а в первой серии героя встречают словами «Добро пожаловать в мир завтрашнего дня!» — это девиз той самой выставки [4]. Реклама не только берёт у фантастики, но и отдаёт ей.
General Motors, «Design for Dreaming», 1956
General Motors. «Design for Dreaming», 1956. Фрагмент 8:20–9:20.Само название говорит, как устроено обещание: это мечта, а не план. Срока нет, есть «однажды». Героиня с кавалером едут по шоссе будущего, а дорогой управляет башня диспетчера.
Кадры из фильма «Design for Dreaming», 1956, и разметка модели YOLO. Расчёт автора.
Люди есть только в кадрах внутри машины — 30% минуты, 4% площади. Город будущего, по которому они едут, снова макет без жителей.Синим закрашены только пассажиры концепт-машины; город будущего пуст. Ошибка по людям — 1 кадр из 20: модель пропустила второго пассажира.
Электрокомпании США, «Electricity May Be the Driver», 1956
America’s Independent Electric Light and Power Companies. «Electricity May Be the Driver», 1956.
Семья мчится по электрическому шоссе и играет в домино, а машина едет сама: скоростью и рулём управляют электронные устройства, встроенные в дорогу [5]. Это первая машина без водителя в работе — и в ней четыре человека. Запомним эту картинку: она вернётся в конце.Машина обещана только «однажды». Точный срок в рекламе один: вдвое больше электричества к 1965 году. Компания назначает дату тому, что продаёт сама, и не назначает тому, что рисует. В том же тексте стоит фраза «You will need and have much more electricity» — слова «you will» звучат за 37 лет до AT&T.
Сид Мид для U.S. Steel, 1960-е
Сид Мид для United States Steel International. Иллюстрация из серии «A Portfolio of Probabilities», 1960-е.
Сталелитейная компания продаёт металл, но показывает не металл, а будущее, в котором он незаменим [6]. На иллюстрации Мида — пультовая: силуэты людей перед огромным светящимся экраном, на котором проектируют машину. Через двадцать лет сам Мид станет одним из главных художников фантастического кино — «Бегущий по лезвию», «Трон»: будущее, придуманное для рекламы стали, переходит в фантастику, и петля замыкается второй раз. А через тридцать лет почти ту же сцену снимут Sun в Starfire — героиня защищает проект машины на экране.
Всемирная выставка 1964: Futurama II




