Гротеск как декоративный мотив в Древнем Риме, Ренессансе и в Новое Время

В массовом сознании гротеск принято воспринимать как обособленный декоративный мотив. Однако, гротеск стоит воспринимать как художественный элемент, последовательно меняющийся в различные эпохи. Начиная с античности, гротеск выполнял не только (и не столько) функцию украшения пространства, но и становился объектом для экспериментов, видоизменялся в угоду актуальным тенденциям и посредством соединения противоположностей: реального с фантастическим, человеческого с животным, гармоничного с иррациональным.

Сам термин «Гротеск» (от итал. «причудливый») — это тип художественного образа, в котором реальные сюжеты смешиваются с воображаемыми.

Термин возник в XV веке, в ходе обнаружения итальянскими художниками «Золотого дома» Нерона под землей. Найденные античные росписи представляли взгляду сложные композиции, соединяющие традиционные архитектурные элементы с растениями, животными (как реальными, так и мифическими), человеческими фигурами.

Тема настоящего визуального исследования связана, в первую очередь, с анализом трансформации гротеска как декоративного мотива, начиная от древнего Рима и заканчивая Новым временем. Несмотря на устойчивую связь гротеска с орнаментом, его роль в искусстве значительно шире декоративной. Гротеск представляет собой особую художественную систему, основанную на пластичности и гибридности (способности видоизменяться путем добавления новых элементов и/или обновления старых). Сочетание несовместимых элементов и общая способность гротеска нарушать привычные представления о структуре пространства делает его одним из наиболее интригующих художественных принципов европейского искусства.

Текущее визуальное исследование подчинено хронологическим и типологическим рамкам: выстроенная хронология позволяет рассмотреть эволюцию развития гротеска как декоративного приема, охватывая обширную временную рамку от античности до Нового времени. Типологическая рамка позволяет обратить внимание на устойчивые признаки гротеска: изменение пространства, гибридность форм, изменчивость функции гротеска в обозначенные периоды. В исследовании приведены кейсы, наиболее ярко раскрывающие те или иные аспекты гротеска.

Гипотеза исследования исходит из предположения о том, что гротеск постепенно освобождается из роли подчиненного декоративного орнамента, превращаясь в самостоятельное высказывание, не раз оказывающее влияние на европейское искусство в целом. Если в Древнем Риме гротеск преимущественно создавал эффект «фантазийности» и был призван украшать пространство, то начиная с эпохи возрождения он становится способом художественного эксперимента, обозначает статус через обращение к различным символам. В Новое Время гротеск окончательно превращается в самостоятельный художественный язык, подчиняющий себе пространство и вдохновляющий различных мастеров на многочисленные эксперименты.

В Древнем Риме гротеск, в первую очередь, выполнял декоративную функцию, визуально «оживляя» окружающее пространство. По сути, гротеск являлся способом показа достатка владельца. Как декоративный элемент гротеск использовался в виде настенных росписей, росписей потолков, а также в формате мозаики.

Не всем, однако, гротеск приходился по вкусу. Так, например, древнеримский архитектор Ветрувий называл гротеск «безвкусным», а присущие ему в то время элементы «уродствами».

Фрески Виллы Мистерий демонстрируют раннее стремление к разрушению границ реального мира и воображаемого пространства. Помещение перестает восприниматься как замкнутое пространство: фигуры, изображенные на фресках, взаимодействуют со зрителем (буквально: находятся с ним в комнате).

Несмотря на отсутствие характерных для позднего гротеска гибридных орнаментов, росписи уже формируют идею о сложносочиненном пространстве. Красный фон и масштаб фигур усиливают ощущение погружения в пространство.

Фрески дома братьев Веттиев также отсылают нас к гротеску. Пространство насыщено фантастическими образами. Карикатурно искаженные лица, театрализованные сюжеты, будто бы вырывающиеся со стен, вступают в некую «игру» со зрителем.

«Второе дыхание» гротеск получил уже в эпоху Возрождения. После обнаружения античных росписей в Риме художники Ренессанса (в первую очередь Рафаэль и его ученики) начали активно копировать и перерабатывать эти мотивы уже в своих работах. Так, Гротеск стал излюбленным элементом декора для украшения дворцов и папских апартаментов.

Апартаменты Борджия являются ярким примером возрождения популярности гротеска. Итальянский Живописец Пинтуккио использовал образы из жизни святых в обрамлении апартаментов папы Александра VI. Здесь мы видим и мотивы о конце всего сущего, образы из средневековых энциклопедий.

Здесь мы видим ключевое отличие ренессансного гротеска от античного. Если в Риме это были узкие фризы и панели, то художники Возрождения покрывали ими как стены, так и потолки, создавая сложные архитектурные иллюзии и добиваясь эффекта масштабности и монументальности.

Лоджии Рафаэля в Ватикане (1517–1519 гг.) — это абсолютный эталон и вершина использования гротеска как декоративного мотива в эпоху Возрождения. В этом архитектурном и живописном ансамбле гротеск перестает быть просто фоном или обрамлением и становится главным элементом декора, формирующим уникальный облик пространства.

В отличие от Апартаментов Борджиа, где гротеск играет важную, но все же вспомогательную роль, в Лоджиях Рафаэля он становится самостоятельным языком декора. Он не просто заполняет пустоты между библейскими сценами на сводах, а формирует саму архитектурную среду, превращая коридор в сказочный сад или фантастический дворец.

Начиная с XVII века (эпоха барокко), а затем и в XVIII веке (эпоха рококо), гротескные мотивые вновь переосмысляются, трансформируясь в сложные орнаменты. Все чаще основными элементами становятся изогнутые растительные узоры и фантастические существа (и их гримасы).

В период классицизма и академизма (XVIII–XIX вв.) гротеск постепенно начинает «дисциплинироваться», то есть подчиняться определенной композиционной и декоративной системе. В противовес воздушным фантазиям античного периода и роскошным орнаментам эпохи ренессанса, классицизм и академизм стремится упорядочить элементы, добиться симметрии.

Если ранее гротеск воспринимался как некая «игра» со зрителем, то в данный период он все чаще используется как инструмент для гармонизации пространства, демонстрируя «правильный» (хороший) вкус владельца.

Эпоха модерна отвергла стремление к упорядочиванию орнамента, вернувшись к идее плавных линий, ассиметричным орнаментам и природным формам. На смену гибридным существам, амурам и прочим мифическим существам пришли новые персонажи: различные насекомые, змеи, экзотические птицы. Растительные элементы также претерпели изменения: классические листья аканта были заменены на лилии, ирисы, разного рода водоросли, которые, переплетаясь между собой, создавали замысловатые узоры.

Возникнув в античности как декоративный элемент, уже в Древнем Риме гротеск начинает выходить за пределы своих декоративных функций. Античные росписи стремятся не просто показать различные сюжеты, но и «окунуть» зрителя в атмосферу, размыть границы реальности и воображения. Пространство перестает восприниматься статичным, обретая агентность и становясь средой, подвергающейся постоянной трансформации. Здесь же формируются ключевые принципы гротеска: гибридность, насыщенность сюжетов, соеднинение реального с нереальным. В эпоху возрождения гротеск переосмысляется: искусство эпохи ренессанса не столько воспроизводит древнеримские мотивы, сколько превращает гротеск в пространство для экспериментов. Орнамент захватывает все больше места, а сюжеты наполняются различными значениями (например, религиозными). Особенно заметна в этот период «статусность» гротеска как декоративного приема.

В Новое Время гротеск все больше видоизменяется. В этот период декоративный элемент «подчиняется» времени и превращается в инструмент для обозначения «достойного» вкуса. Таким образом, текущее исследование показывает, что гротеск является не столько конкретным стилем или же набором определенных элементов, сколько особым языком художественного мышления, основанным на максимальной гибкости и возможности видоизменяться. Благодаря этому гротеск многие столетия мог адаптироваться под различные запросы европейского общества, оставаясь востребованным направлением как в архитектуре, так и в предметном дизайне.