Выставка «Что было до Синих носов», 2026

Полное название: «Что было до Синих носов. 25 артефактов из архива художника Шабурова».Однажды Шабурова позвали сделать выставку в Екатеринбурге о том, чем он занимался там в 1990-е.И выяснилось, что преподавательское портфолио Вышки — очень удобный инструмент для проектирования выставок. Надо лишь собрать разбросанные здесь не по порядку заметки и расставить их сообразно логике осмысления художником своего жизненного пути.Что он и сделал.

Художник, литератор, режиссер, куратор выставок.Родился в г. Берёзовский Свердловской области. Сперва документировал жизнь «маленького человека», выдавая за художественные проекты лечение зубов и даже собственные похороны. Потом переехал в Москву, где вместе с Вячеславом Мизиным организовал группу «Синие носы», которая буквально изображала медийные клише и общественные стереотипы.Участник Московской, Уральской, Венецианской и других биеннале современного искусства. Работы хранятся в Государственной Третьяковской галере, Государственном Русском музее, Московском музее современного искусства, Центре Помпиду, Музее Людвига, МАКе, Киасме и др.Лауреат Гран-при МФ ММКФ, премий «Соратник» и «Чёрный квадрат». Сотрудник СГОИКМ, СОБСМЭ, фонда «Стратегия», ФЭПа и Аналитической дирекции «ОРТ-Первого канала». Преподаватель Высшей школы экономики и Московской школы мультимедийных искусств им. А. Родченко.Председатель УХО (Уральского Холмсианского Общества). Автор бронзового памятника Человеку-невидимке.

Когда Шабуров учился в детской художественной школе, ему внушили, что художник должен делать что-то уникальное, чего никто до тебя не делал. И всенепременно стать «великим художником», таким же, как Микеланджело и Леонардо да Винчи. Тот же Микеланджело якобы говорил: идущий вслед за другими первым прийти не может!Но как стать «великим художником», если ты живёшь вдали от мировых столиц, а стало быть обречён на вторичность, вынужден повторять придуманные где-то на Западе модные тренды? Как решить эту неразрешимую логическую загадку?И художник Шабуров решил: единственное уникальное, что у него есть — жизнь «маленького человека», прозябающего в провинции. Которого описала ещё русская литература. Именно её надлежит наблюдать, осмыслять и документировать. Именно в ней находить не только вдохновение, но и формы.После чего Шабуров стал фиксировать своё неповторимое житьё-бытьё в виде перечней и фотосерий. Вроде бы бездушный реестр, а на самом деле — археологический раскоп эпохи. За каждым тапком или осколком — события жизни самого Шабурова, его родни и страны.

Очень герметичное произведение.Художник Шабуров рассуждал так: раз искусство — не какая-то заимствованная фигня, скопированная из иностранных журналов, а попытка понять и почувствовать собственную жизнь, вот вам фиксация самого неприметного и неэффектного действа из неё.Много лет он жил в г. Берёзовский Свердловской области, откуда каждое утро и вечер ездил в областной центр. А теперь всего лишь прошёл привычным ему ежедневным маршрутом и сфотографировал то, что видел, через каждые 15 шагов.Как это ни смешно, реализовать данную затею Шабурову удалось не с первого раза. Несколько раз он сходил с дистанции по причине стеснения, боялся, что прохожие примут его за сумасшедшего.

Художник — существо протестное. Часто руководствуется не голосом разума, а интуицией, чувством справедливости или противоречия.Во времена «перестройки» все государственные СМИ вдруг принялись ругать советский период. Уверяли: теперь мы будем жить по рецептам «цивилизованного западного мира», для чего надо разрушить наше «преступное прошлое», оно же «наследие тоталитаризма».Некоторые неуравновешенные граждане воспринимали это буквально. В Екатеринбурге существовала тайная секта, которая ночью наносила по трафаретам «исторические названия» улиц, а также разбивала мемориальные доски и памятники советской эпохи.Поэтому Шабуров из чувства протеста сочинил текст о том, чего тогда никто даже не помышлял. Что советский период — неотъемлемая часть нашей жизни, а его друг Курицын опубликовал это в первой частной газете.Заканчивался манифест такими наивными, на сегодняшний взгляд, строками:«Товарищи! Любить иные культуры или заезжих знаменитостей легко. Попробуйте примириться с собственной историей и судьбой!Мы живём в уникальном государстве и, печалясь о разрушениях варваров прошлого, сами не должны им уподобляться! А раз так необходимо видеть в былых идеологических идолах памятники уходящей эпохи. Кому-то — плохой, кому-то — хорошей, но такой, которую невозможно переиграть заново ради риторического восстановления связи времён.А потому пусть памятники „великому Ленину“ и его соратникам красуются на наших улицах — как абсурдное предостережение, чтобы какая-нибудь другая партия (скажем, „зелёных“) не захватила невзначай монополию на власть, возжелав безраздельно вершить нашими помыслами и поступками.Поголовное же истребление советских монументов на территории СССР можно уподобить разрушению всех минаретов на Ближнем Востоке или выкорчёвыванию кокосовых пальм в Африке».

Первое фан-сообщество в СССР, организованное художником Шабуровым и его другом журналистом Курицыным. Хотя, конечно, называть себя «фанатами», а свои сочинения «фанфиками» Шабурову претит. Он — «фанат» здравого смысла и ясного мышления.Также ради справедливости надо признать, что в СССР были и другие читательские ассоциации. Например, любителей фантастики. В Свердловске они ежегодно собирались на фестиваль «Аэлита».УХО издало 2-томную антологию продолжений и пародий о малоизвестных подвигах Шерлока Холмса. Учредило для их переводчиков ежегодную Уотсоновскую литературную премию. Выпускало первую (и последнюю) в СССР холмсианскую газету «Элементарно, Ватсон!». А также ратовало за установку в Свердловске памятника Шерлоку Холмсу.