Настроение и символы в живописи в пост-супрематизме

Эта тема была выбрана мной, поскольку живопись этого направления отражает нестандартные темы и образы, отделенные от тех, что в то время продвигались и пропагандировались в обществе. В этих пейзажах и портретах нет фокуса на политике, государстве и режиме (только если косвенная ирония над ними), а в ярких красках и обширных заливках цвета можно увидеть искренность и эмоциональность. В этой теме я останавливаюсь на анализе того, как культура страны передается через людей, природный пейзаж, цвета, детали, и какие ценности выражают художники в своих картинах в тот момент. На картинах можно уловить тоску, ностальгию, почувствовать ощущение потери былой жизни и быта, даже культуры.

Отбирая материал я основывалась на группе художников-учеников Малевича, которые как раз и сформировали живопись пост-супрематизма. Среди них: Константин Рождественский, Анна Лепорская, Вера Ермолаева, Павел Батманов, Лев Юдин, Николай Евграфов и другие. Некоторые художники не входили в круг учеников великого художника, но были близки к нему и следовали за их идеями. Я выбирала картины, которые изображают человека, природу или людей в быту простой жизни. Почти на всех выбранных картинах цвет играет ключевую роль: создает контраст между человеком и окружающим миром или наоборот объединяет их за счет плавных акварельных пятен и пастельных цветов.

Повествование разделено на 4 части: — Забытый пейзаж — Личность — общий образ — Семья и откровения — Культура — это люди

Таким образом, оно идет от тихих образов природы к определению, что такое культура в этой живописи. Конечно, подразумевается, что культура складывается из всех вышеперечисленных пунктов исследования. Таким образом, начинается анализ с того, что видит человек вокруг, продолжается тем, что он видит в себе, кого видит рядом, а затем — во что это складывается. Сюжеты семьи в основном задействуют именно фигуру матери с ребенком. Образ родины-матери, который сразу всплывает в голове при просмотре этих картин, особенно актуален в то время, и становится еще важнее в следующее десятилетие. Образ крестьянина, частично или полностью обезличенного, отражает политическую несправедливость и тяжелую судьбу крестьян в то время. Такой прием также позволяет создать «общий» образ, узнаваемый, не похожий ни на кого и похожий на многих одновременно.

Для анализа я взяла каталог выставки «Мир как беспредметность. Рождение нового искусства» о супрематизме и круге учеников Малевича: как развивалось их искусство, что их всех объединяло. Там удалось найти картины, которых нет в онлайн-каталогах и на сайтах музеев и галерей, а также информацию о самом термине/направлении пост-супрематизм. Также информацию об отдельных произведениях я нашла в формате описаний картин на таких ресурсах, как «Виртуальный русский музей» или «Артхив».

Пейзажная живопись пост-супрематизма ощущается, как идеальный русский пейзаж, запечатленный яркими цветами, которые проявляются только на солнце. Поля, равнины, зеленая трава и желтая рожь — символы свободы души и тела. Знакомые каждому образы вызывают чувство ностальгии и грусти по тому, что сейчас не увидишь в черте города. Уединение в обширном пространстве — то, чего не хватает человеку, который живет в современном городе, и что с каждым годом найти все сложнее.

Некоторые (и даже многие) холсты на самом деле маленького формата. Обычно масштаб пейзажа больше понятен и осязаем, когда картина поглощает человека своим размером и имеет множество деталей, как фотография. Но здесь складывается ощущение, что это образ из воспоминания, он размытый, но понятный, яркий, и его можно удержать как в руках, так и в голове.

Отголоски супрематизма слышатся в геометричных прямых линиях, продуманной точной композиции и ритме. Но привычность образов и эмоциональная окраска отделяет направления живописи раннего и позднего супрематизма друг от друга.

В обезличенном человеке читается таинственность и неопределенность. Можно сказать, что это страх или упрощение образа, потерявшегося далеко в памяти. При этом на портретах остаются различимыми одежда и атрибуты, присущие русской культуре. На картине Малевича, показанной сверху, простой человек, крестьянин, показан в рамках новой системы: его яркий образ противопоставлен фону, а над головой летают самолеты, внушающие страх и герою, и зрителю.

Внутри круга учеников Малевича образы могли повторяться и интерпретироваться по разному. Например, картины сверху очень похожи по композиции, цветам, чертам человека, но исполнены в разной манере.

Бытовой образ человека, в котором себя узнают женщины — «Натюрморт с раковиной». Лицо, на котором можно различить только очертание глаза в бытовой сцене вызывает чувство несправедливости, зыбытости.

Настоящие образы семьи и детей, не то, каким их видит государство и какого человека хочет воспитать. Фигуры, хоть не имеют лиц, часто будто смотрят обратно на зрителя, за счет чего образы становятся ближе, выходят за рамки холста. Образ матери с детьми, в котором можно заметить одновременно грусть и любовь.

Нежные цвета и мягкие формы лучше всего передают человеческое тепло и эмоциональность, а также чистоту любви матери и ребенка. Женщины в косынках, мягко покрывающих их головы — символ ценности семьи и женской материнской фигуры в жизни каждого, в том числе в образе родины-матери.

По творчеству художника Николая Евграфова можно отследить, как меняются идеи в живописи в 1930х годах. Его полотно «Вечер отдыха» конца 30х показывает яркую картину, передающую позитивную эмоцию, момент из жизни, который хочется запомнить. Его более ранние работы контрастны этой, но именно таких темных холстов у него больше всего. «Новая жизнь» человека в городе, который стремительно поглощается новыми технологиями, машинами, зданиями, совсем не такая яркая и теплая. «Вечер отдыха» изображает стремление и желание человека быть с другими людьми, слушать музыку, быть свободными.

Яркие платья, похожие друг на друга, в которые одеты молодые женщины на некоторых картинах, резонируют с цветами природы на пейзажах. Человек на фоне чистого синего неба — образ свободы и символ русской культуры. А когда изображены несколько людей в традиционных костюмах, при этом держащиеся за руки, и будто танцующие, хотя движений не видно, показывает ценность человеческого взаимодействия в нашем обществе.

В завершение сюжет отдыха: люди все изображены в одном месте, на природе, на пляже, в солнечную погоду. На фоне зеленой травы розово-красные тела выделяются и кажутся особенно яркими. Вокруг ходят козы — привычная картина для отдыхающих. Гармония, смешение эмоций и единство людей. Холст напоминает картину Жорджа Сера «Воскресный день на острове Гранд-Жатт», но в ней нет той идеальности и легкой напыщенности людей в костюмах и длинных платьях в жаркий летний день, а есть искренность и откровенность.

Настроение живописи пост-супрематизма объединяет в себе противоположные понятия: грусть и восхищение, ностальгия и образ настоящего. Живопись не ощущается как эксперимент, абстрактная экспрессия или кубизм, которые изучают на физические свойства предметов или воплощают спонтанность эмоций — приемы обретают значение, а образы откликаются даже в человеке сегодняшнего времени.

Чувствуется искренность изображения и в персонажах, и в намерениях художника, несмотря на то, что все в кругу Малевича следовали за идеями друг друга. Разные образы позволяют зрителю вспомнить, что нужно оглядываться вокруг, смотреть внутрь себя, на своих близких и осознавать, что все это, и он сам — частички одной общей культуры, которую важно сохранять и беречь, несмотря на обстоятельства. И хоть вокруг человека того времени было множество изображений «идеала», их творчество не повторяет их, а превосходит и смотрит глубже и дальше, оборачиваясь назад, но двигаясь вперед.