
Александр Маккуин. «It’s Only a Game», весна–лето 2005, Париж, 2004.
РУБРИКАТОР
1-Рубрикатор
2-Концепция
3-Как модели складываются в ряды
4-Как костюм получает шахматную роль
5-Как подиум становится доской
6-Кто выбирает ход
7-Заключение
8-Библиография
9-Список изображений
КОНЦЕПЦИЯ
В парижском показе коллекции Alexander McQueen «It’s Only a Game» сезона весна–лето 2005 есть момент, когда уже увиденные вещи приходится рассматривать заново. Модели по очереди выходят на светлую площадку и после прохода остаются на ней. Когда собираются все тридцать шесть участниц, на полу появляется шахматная разметка. Женщины поворачиваются друг к другу. Жест, который несколько минут назад завершал демонстрацию одежды, теперь можно принять за подготовку к ходу
Что именно произошло в эту минуту? Достаточно ли превратить подиум в доску, чтобы началась игра?
Этот эпизод позволяет исследовать трудность, общую для истории моды и философии игр. По фотографии легко установить, что автор показа обращается к шахматам. Гораздо труднее понять, какие свойства шахмат он переносит на сцену. У фигуры есть узнаваемый облик, место среди других фигур и набор допустимых ходов. Эти признаки связаны за доской, но в спектакле каждый из них можно воспроизвести отдельно. Поэтому предмет исследования — момент, когда зритель получает основание увидеть в движении модели шахматный ход. Такой подход позволяет обсуждать игровой характер показа через наблюдаемые детали и поступки его участников.
Для анализа используются два понятия Роже Кайуа. Словом agon он обозначает состязание, в котором участники испытывают свои силы в общих для них условиях. Mimicry охватывает ситуации, где человек принимает чужой облик или роль, а окружающие на время признают это превращение. Для шахмат существенно, что соперники по очереди выбирают ходы и отвечают на решения друг друга. Для исполнения роли важна убедительность действия в глазах зрителя. Одна женщина может правдоподобно сыграть проигравшего короля, даже если сама не принимала ни одного решения о ходе партии.
Ключевой вопрос исследования — где проходит граница между игрой и спектаклем в показе «It’s Only a Game»? Рабочая гипотеза состоит в том, что эту границу можно обнаружить по тому, кому принадлежит решение о следующем ходе. Костюм делает роль видимой, разметка связывает участниц в одну позицию, а последовательность команд позволяет проверить, насколько исполнительницы распоряжаются развитием действия. Особого внимания требует зритель: он может ждать исхода и мысленно выбирать продолжение даже тогда, когда не влияет на происходящее.
Визуальный материал отобран по тому, какой вопрос позволяет решить каждый тип изображения. Фотографии выходов показывают фигуру целиком и дают возможность сопоставить силуэты в одинаковом ракурсе. Крупные планы позволяют рассмотреть край шлема, линию плеча или устройство головного убора. Описание музейного предмета помогает установить материал и назначение детали. Для анализа пространства необходим общий план, один снимок не сообщает, последовала ли модель за командой. Поэтому визуальный ряд движется от отдельного тела к группе и затем к событию во времени.
Источники сопоставляются по их задачам. Правила ФИДЕ задают точку отсчёта для сравнения с обычной партией. Репортаж Сары Мауэр фиксирует впечатление современницы показа, работа Марии Линдгрен подробно описывает порядок выходов, а комментарии куратора Эндрю Болтона позволяют проверить, какие шахматные роли действительно соответствуют определённым костюмам. В тех случаях, когда у образа нет подтверждённого названия фигуры, анализ ограничивается тем, что можно увидеть: формой, цветом, положением тела или повтором детали.
Как модели складываются в ряды
Один человек на пустом подиуме

Первый выход задаёт привычный порядок просмотра. Фигура видна целиком, вокруг остаётся светлое поле. Пока естественно спрашивать, как скроен костюм и как он сидит. По этому изображению невозможно догадаться, что место, на котором остановится модель, вскоре приобретёт значение.Александр Маккуин. «It’s Only a Game», весна–лето 2005, архивный кадр № 1. Париж, 2004. Фотография Marcio Madeira / Vogue.
Сходство двух выходов

Второй костюм развивает тему форменной одежды. На первых двух снимках глаз легко находит соответствия между верхом и низом, длинами, светлыми и тёмными участками. Так возникает первая задача зрителя: удержать в памяти предыдущую модель, чтобы заметить вариацию.Александр Маккуин. «It’s Only a Game», весна–лето 2005, архивный кадр № 2. Париж, 2004. Фотография Marcio Madeira / Vogue.
Юбка меняет пропорции формы

У третьего выхода короткая юбка открывает колено. При общей отсылке к форме соотношение закрытого верха и открытых ног даёт ансамблю собственный ритм. Позже на сцене предстоит совместить две вещи: различимость отдельной модели и её принадлежность к ряду.Александр Маккуин. «It’s Only a Game», весна–лето 2005, архивный кадр № 3. Париж, 2004. Фотография Marcio Madeira / Vogue.
Узел у горла

Галстук делит перед рубашки по вертикали. В крупном плане особенно ясно, как мало ткани требуется, чтобы вызвать ассоциацию со школьной формой. Такая деталь сообщает о принадлежности к группе раньше, чем мы видим саму группу.Александр Маккуин. «It’s Only a Game», весна–лето 2005, деталь № 9. Париж, 2004. Фотоархив Vogue Runway, серия Details; фотограф серии — Olivier Claisse.
Что повторяется в строю

Ещё один жакет поддерживает впечатление серии. Если мысленно закрыть головы моделей на первых четырёх снимках, родство образов по-прежнему читается по плечам и воротникам. При этом одинакового костюма для всех участниц у Маккуина нет.Александр Маккуин. «It’s Only a Game», весна–лето 2005, архивный кадр № 4. Париж, 2004. Фотография Marcio Madeira / Vogue.
Вариант одной роли

Пятый выход полезно сравнить с третьим. Фотограф сохраняет близкий масштаб, поэтому изменение контура заметнее, чем при сравнении двух произвольных снимков. Внутри одной серии различия между вещами видны лучше всего там, где повторяется её общий порядок.Александр Маккуин. «It’s Only a Game», весна–лето 2005, архивный кадр № 5. Париж, 2004. Фотография Marcio Madeira / Vogue.
Обувь и шаг

Фотография обуви изолирует опору тела. На подиуме шаг нужен, чтобы представить костюм с нескольких сторон. В финале тот же шаг будет оцениваться по другой причине: куда переместилась модель относительно соседки.Александр Маккуин. «It’s Only a Game», весна–лето 2005, деталь № 5. Париж, 2004. Фотоархив Vogue Runway, серия Details; фотограф серии — Olivier Claisse.
Шесть выходов составляют ряд

Если остановить просмотр здесь, перед нами законченная группа из шести образов. В описании Марии Линдгрен именно шестёрка служит единицей построения. Этот счёт имеет смысл сохранить: в финале он определит геометрию площадкиАлександр Маккуин. «It’s Only a Game», весна–лето 2005, архивный кадр № 6. Париж, 2004. Фотография Marcio Madeira / Vogue.
Начало следующей группы

В седьмом выходе меняется колорит. Соседство кадров 6 и 7 показывает границу, которую в каталоге легко проскочить. На сцене участницы предыдущей группы остаются на своих местах, поэтому новый цвет появляется рядом с прежним.Александр Маккуин. «It’s Only a Game», весна–лето 2005, архивный кадр № 7. Париж, 2004. Фотография Marcio Madeira / Vogue.




