Рациональная красота: предметная культура Восточной Пруссии

Всем добро пожаловать, кого заинтересовала тема моего визуального исследования. Меня зовут Ксения Кубарь, и мне хочется изучить предметную культуру Восточной Пруссии.

Согласна, выбор не супер-очевидный, но данная затея не просто так.

Можно сказать, что данное ВИ в некоторой степени является олицетворением принципов рационального мышления (как минимум для моего сна) — эта работа ляжет в основу моего дипломного проекта эко-туристической базы на основе немецкой деревни в окрестностях Калининградской области (ранее Кёнигсберг).

Быстрый географический абрис. Калининград — анклав России в Европе. Ранее это была территория Германии, ещё ранее — Прусского королевства, собственно Кёнигсберг. Как так получилось и почему, чуть позже в исторической справке, а сейчас поверим на слово.

— Концепция — Что такое «рациональная красота»? — Исторический контекст — Материалы и техники — Эстетика и функция — Заключение — Библиография — Источники изображений

Собственно, о чем будем разгонять. Начав подготовку к дипломному проекту и имея определенный визуальный бэкграунд, у меня появился вопрос:

Прожив большую часть жизни в Калининграде и фибрами впитав наследие красного кирпича, могу предположить, что и «да», и «нет» одновременно. Как это? Моя гипотеза в том, что

Чтобы проверить это предположение, я планирую изучить архитектуру и предметную среду Восточной Пруссии — дома, хозяйственные постройки, мебель, керамику, светильники, сохранившиеся в Калининградской области и музейных коллекциях.

Особое внимание хочется уделить предметам, где функция рождает форму — когда красота не добавляется, а вырастает из внутренней логики вещей. Хочется взглянуть на них не как на иллюстрации прошлого, а как на инструменты для поиска актуальных смыслов — мостов между историей и сегодняшним днём.

Прежде чем перейти к разглядыванию черепков и кирпичиков, нужно сонастроиться, поговорить за понятия и историю.

Рациональная красота — что это? Это не чья-то разовая фраза, а итог многовекового мозгового штурма Европы, где философы раз за разом пытались понять, почему у нас вообще триггерится чувство «вау» от некоторых вещей. Если бы нужно было дать определение просто красоте, тут возникли бы сложности с быстрым ответом, но у нас есть подсказка.

«Рациональность». Думаю, интуитивно понятно, что это, в принципе, все, в чем есть та или иная логика. Следовательно, все, к чему мы можем применить слово «красиво», и это обладает какой бы то ни было логикой, является объектом рациональной красоты? Получается, что так. Но есть загвоздочка, куда же без неё.

В разные эпохи «логика» была своя. Если для Пифагора, Платона, Аристотеля в проявлении красоты были важны пропорции, гармония, порядок, завершённость и ясность, то было вполне закономерно возвести полый храм из пентелийского мрамора размером 70×30 и 10 метров в высоту.

Потом стоики добавляют: красиво то, что соответствует природе и логосy, то есть внутренней разумной организации.

Дальше Фома Аквинский пересобирает античных предшественников: «красота = цельность + пропорция + ясность», но докидывает DLC под названием «стремление к высшему». Привет готические пики.

Альберти, Брунеллески, Леонардо выпали в осадок от такой красоты и подумали: «Раньше было лучше, только нужно допилить: ясность и гармония — ок, накатим только математики для четкости». Итог: идеальная перспектива и золотое сечение.

18 — 19 век. Кант хотел быть нетакусей и предложил идею целесообразности без цели: красота кажется разумной, даже если это не функция. А английские инженеры 19 века, с формированием мостостроения, металлургии и индустриализации, выдвигают новую интерпретацию: красиво то, что работает идеально. Идея рациональной красоты постепенно переходит в инженерную эстетику.

20 век: Баухаус и модернизм. Вот тут термин становится центральным. Баухаус, Ле Корбюзье, конструктивисты закладывают новый канон:

• форма следует функции • красота — в структуре • рациональная красота = эстетика современной техники

Термин активно звучит в немецкой и французской теоретической архитектурной среде 1920–1930-х годов.

21 век. Сегодня этот термин используется повсеместно, начиная от архитектуры через философию в UX/UI-дизайн. Собрав в себе наработки прошлого, дополнив актуальными глобальными проблемами и опустив капитализм с его целями, можно заключить, что:

Не просто визуальный вайб, а дизайн, где форма следует функции, материалы выбирают без токсичных понтов, и каждый элемент работает на долговечность, ремонтопригодность и минимальный вред природе.

Честно сказать до того, как я углубилась в данную тему, мне казалось, что идея «экологичного мышления» — это феномен 21 века, ответ на блестки в баночках, кризис перепроизводства и климатическую тревогу. Однако, если отмотать время назад, можно предположить, что принципы устойчивости, рационального использования ресурсов и уважения к материалу начали формироваться задолго до появления термина sustainability, примерно в тот же момент, когда Джеймс Ватт, Джеймс Харгривс и Генри Корт подарили человечеству свои гениальные изобретения.

Но эти важные дядьки все из Англии (примерно 1750-е годы). А что по Европе, где находится моя деревушка? Там, мягко говоря, было тесновато: культур и народов — как людей в метро в час пик. Европа не могла себе позволить бесконечные ресурсы, поэтому можно предположить формирование особой логики быта — бережной, продуманной до мелочей, функциональной.

Так, времени мало инфы много. Краткий абрис по основным аспектам для ориентации в пространстве:

• Политико-административный контекст • Социальная структура • Культурные влияния • Экономическая база

Сейчас это нигде, но есть история. (тут инфа для душнил, так что можно промотать)

Изначально на южном побережье Балтийского (Варяжского) моря между нижним течением рек Висла и Неман (ныне Калининградская область в России) была целая тусовка балтийских племён в 4 — 13 веках, которые жили на этих территориях ещё до прихода всех крупных игроков.

Эти племена даже не знали, что они «пруссы». В 9 веке их начали упоминать как Bruzi и разные вариации типа Borusci или Pruten. Их название прыгало по разным языкам и хроникам: в немецких, санскрите, готском, иногда связывали с рекой Неман (Rus) или даже с «медленно текущей» водой (rusenti). В общем, это исторический вайб «народ с Балтики», с разными версиями происхождения и звучания, которые со временем превратились в привычное нам «Пруссия».

Пруссы — это не «немцы до немцев», у них не было единого государства — больше похоже на альянс из 11 регионов, каждый со своим локальным названием и флексом (сембы из Самбии (по-прусски — «земля»), натанги из Натангии, вармийцы из Вармии и т. д.), объединённых общей религией и жрецами — «криве», типа духовного модератора сервера. Свою территорию они называли «Островным царством», потому что Самбия (хаб, где жили, торговали и творили свою балтскую движуху) тогда казалась почти островом — короче, ранний балтийский лор до того, как появился Тевтонский орден и переписал сюжет.

«Пруссия» — потому что там раньше жили пруссы, окей, принято.

1232

Тевтонский ордер залетел к ним на тусу со своим монашеским стартапом: «Католицизм», ну и переписал нарратив под себя: местных пруссов записали в варваров, и устроили свою автономную «геймерскую фракцию» с названием «Пруссия» на Балтике.

Они жёстко ребренданули территорию: старые названия, культура, религия — всё зачистили и заменили на свой вайб: жесткий католицизм, замки, кирпич и дисциплина.

Пруссов постепенно либо крестили, либо ассимилировали, либо просто исчезли в статистике — и история стала звучать так, как ордену было выгодно.

1525

Орден постепенно теряет силу, и регион переквалифицировался в светское герцогство.

1618

Герцогство соединяется с Бранденбургом, формируя «Прусско-Бранденбургский тандем», будущую основу Германии. Пруссия становится важным административным анклавом.

Фото: «Атлас, или Космографические размышления об устройстве мира и получении изображения» — труд фламандского картографа Герарда Меркатора, опубликованный в 1595 году. Карта Пруссии.

1871

Включение Прусского королевства в Германскую империю. Пруссия прокачалась до уровня «основа немецкой государственности» — военная дисциплина, порядок, структура. Восточная Пруссия теперь официальный немецкий регион с Кёнигсбергом в роли хаба.