Концепция
Я проектирую одежду, поэтому для меня главный вопрос — откуда у вещи берётся форма. В 1920-е годы художники русского авангарда впервые ответили на него без оглядки на моду: форма должна происходить из назначения вещи, из кроя и ткани, а не из украшения. Эту тему я выбрал, потому что она соединяет курс и мою профессию. Советское искусство 1920-х я рассматриваю не как историю стилей, а как набор конструкторских решений, которыми можно пользоваться сегодня. Название курса — «Советское и современное искусство в мировом контексте» — я читаю буквально: что сделали советские художники, что в те же годы делали за границей и что из этого осталось в одежде сегодня.
Ключевой вопрос: что в советской одежде 1920-х было новым именно как конструкция и почему современная мода повторяет эту логику без той цели, ради которой она возникла? Гипотеза: художники авангарда первыми стали проектировать одежду как вещь с функцией, где крой, карман и шов — часть рисунка. Те же вопросы независимо решали в Баухаусе, а в 1990-е их вернули японская и европейская мода. Различается цель: в 1920-е одежда должна была изменить быт и труд, сегодня она чаще меняет форму и восприятие тела. Доказываю гипотезу рядом пар «эскиз 1920-х — мировой ответ — вещь сегодня»: введение здесь — теорема, а изображения — её доказательство.
Принцип отбора: я беру работы, где форма одежды или костюма — предмет проекта: эскизы рабочей и спортивной одежды, костюмы для сцены, рисунки тканей, а также живописные работы, из которых эти решения выросли. Изображения без ясного автора и года в ряд не входят. Рубрикация идёт от общего к частному. Сначала переход от картины к вещи, затем рабочая одежда, сцена и ткань; после этого мировые параллели и современная одежда. Каждый раздел заканчивается одной фразой-выводом, а выводы в конце работы целиком отвечают на ключевой вопрос.
Принцип выбора и анализа текстовых источников: это монографии и каталоги по русскому конструктивизму и Баухаусу, а также описания работ на сайтах музеев, собрания которых я использую. Я читаю их по двум вопросам: что говорит автор самой работы и что добавляет историк. Если мнения расходятся, я говорю об этом отдельно. Цитаты занимают меньше пятой части текста, каждая дана в кавычках со ссылкой на источник. Библиография — в конце по ГОСТ Р 7.0.5-2008, источники изображений — отдельным блоком с датами обращения.
Как устроена работа. Шесть разделов построены одинаково: короткая вводка, крупный кадр, комментарий, пара «советское — мировое» и фраза-вывод. Под каждым кадром стоят автор, название и год; фрагменты показаны крупнее целого, чтобы было видно шов, строчку, рисунок ткани. Факты в тексте проверены по источникам, названным в конце, а мои выводы отделены от фактов и названы выводами.
1. От картины к вещи
К 1916–1918 годам Любовь Попова пишет цикл «Живописных архитектоник» — композиции из пересекающихся плоскостей, где цвет и форма строятся как конструкция [5, 8]. В 1921 году на выставке «5×5=25» Попова и её соратники объявили отказ от станковой живописи [8]. С 1922 года и до конца жизни Попова работает только в прикладном дизайне: костюм, ткань, театр.
Любовь Попова. Живописная архитектоника. 1918. Фотография картины (общественное достояние).
Форма здесь строится из плоскостей, у каждой есть направление и вес; тот же принцип позже переходит в крой: деталь определяется функцией, а не рисунком. Живописная геометрия стала конструкторским методом, и Попова перешла от картины к вещи.
Любовь Попова. Архитектоническая живопись. 1917. Музей искусств округа Лос-Анджелес.
Любовь Попова. Живописная архитектоника. 1918. Музей Тиссена-Борнемисы, Мадрид.
Эль Лисицкий. Проун 5А. 1920. Музей Тиссена-Борнемисы, Мадрид.
Казимир Малевич. Супрематизм. 1915–1916. Государственный Русский музей.
Казимир Малевич. Супрематизм (Супремус № 56). 1915–1916. Государственный Русский музей.
Фрагмент. Любовь Попова. Живописная архитектоника. 1918. Музей Тиссена-Борнемисы, Мадрид.
Фрагмент. Любовь Попова. Архитектоническая живопись. 1917. Музей искусств округа Лос-Анджелес.
Фрагмент. Эль Лисицкий. Проун 5А. 1920. Музей Тиссена-Борнемисы, Мадрид.
2. Прозодежда
В 1922 году Александр Родченко придумал для себя рабочий костюм — прозодежду. Сшила его Варвара Степанова: шерсть с кожаной отделкой воротника и карманов, в карманах помещались чертёжные инструменты; в серию костюм не пошёл [6]. Музей Виктории и Альберта хранит реконструкцию 2005 года по этому эскизу — серая шерсть и кожа, двухчастный комплект из рубашки-куртки и брюк [7].
Александр Родченко. Прозодежда (реконструкция 2005 года по проекту около 1922 года). Музей Виктории и Альберта, Лондон.
Варвара Степанова. Спортивный костюм (прозодежда), 1920-е годы; реконструкция 2020-х, А. Еременко. Московский музей дизайна.
В 1923 году в журнале «ЛЕФ» вышла статья Степановой «Костюм сегодняшнего дня — прозодежда»; иллюстрации к ней — эскизы спортивной одежды, выполненные тушью [6]. Эскиз пальто Татлина 1923 года, «нормальная одежда», хранится в Бахрушинском музее [6]. Прозодежда — не мода и не мундир, а проект рабочего инструмента для тела: в серию она не пошла, но поставила вопрос, который мода задаёт до сих пор.
3. Костюм на сцене
25 апреля 1922 года в театре Мейерхольда состоялась премьера «Великодушного рогоносца»: конструкцию сцены и костюмы сделала Любовь Попова (журнал TDR). Эскизы её костюмов хранит Государственный центральный театральный музей имени Бахрушина. Для Варвары Степановой театр стал полигоном другого рода: в «Смерти Тарелкина» (Театр революции, 1922) она сделала декорации и костюмы, а аппараты-трансформеры приводили в движение сами актёры. Александра Экстер оформила «Саломею» в Камерном театре (премьера 9 октября 1917 года, режиссёр Таиров), а в 1921 году — там же «Ромео и Джульетту». Сцена позволила показать конструкцию костюма зрителю целиком, как действующий механизм, а не как украшение.
Любовь Попова. Конструктивная установка к спектаклю «Великодушный рогоносец». Фотография. 1922. Бахрушинский музей.
Любовь Попова. Эскиз костюма Рабочего к спектаклю «Великодушный рогоносец». 1922. Бахрушинский музей.
Любовь Попова. Эскиз костюма к спектаклю «Великодушный рогоносец». 1922. Бахрушинский музей.
Любовь Попова. Эскиз костюма Графа к спектаклю «Великодушный рогоносец». 1922. Бахрушинский музей.
Любовь Попова. Эскиз костюма Бургомистра к спектаклю «Великодушный рогоносец». 1922. Бахрушинский музей.




