Описание
Визуальное исследование на примере феномена лифтовой музыки (Muzak) показывает, как капиталистический город использует звук для управления поведением человека: он заполняет «мертвое время» и лишает пространство тишины.

Интерьер пассажирского лифта Schindler 330A. Фотография Baron Maddock, 2021.
Структура исследования
1.Концепция и обоснование выбора темы 2.Принцип отбора материала 3.Принцип рубрикации 4.Принцип выбора и анализа текстовых источников 5.Ключевой вопрос и гипотеза исследования 6.Истоки: Меблировочная музыка Эрика Сати и эмбиент Брайана Ино 7.Философия лифта: Вертикальная мобильность и урбанизм 8.Muzak как акустический контроль: Капитализм и маркетинг 9.Теория звука: Шизофрения Шейфера и территории ЛаБелля 10.Саунд-арт: Деконструкция фоновой музыки 11.Выводы исследования 12.Библиография 13.Ссылки на изображения
Концепция и обоснование выбора темы
В центре этого визуального исследования находится фоновая музыка и ее влияние на акустическую среду современного города. Тема актуальна, потому что сегодня мы живем в мире тотального акустического сопровождения. Тишина в общественных пространствах стала роскошью. Нас постоянно окружают звуковые завесы, которые вроде бы создают комфорт, а на деле управляют нашим поведением и подталкивают к потреблению. Лифт, неотъемлемая часть архитектуры небоскребов, одним из первых стал лабораторией для такого звука.Чтобы понять, откуда это пошло, нужно вернуться к истории музыки. В конце XIX и начале XX века Эрик Сати придумал «меблировочную музыку», звуковой фон, который должен был сливаться с интерьером квартир и библиотек и не отвлекать человека. Позже, в 1970-х годах, Брайан Ино развил эту идею в амбиентную музыку, рассчитанную на аэропорты и общественные пространства. Исследования по истории музыки (в том числе статьи на платформе «КиберЛенинка») позволяют проследить, как утопическая идея звукового окружения превратилась в коммерческий продукт.Параллельно развивалась философия урбанизма. Города росли вверх, появились небоскребы, и возникла потребность в быстром вертикальном перемещении. Лифт решил эту проблему и ускорил работу зданий, но создал новую: «мертвое время», когда человек заперт в тесной кабине. Чтобы пассажирам не было неловко в тишине, это время стали заполнять звуком.С точки зрения капитализма, это оказалось идеальным инструментом. Фоновая музыка (Muzak) помогает продвигать товары, менять пространство и управлять настроением. С одной стороны, для современного мира это нормально, с другой, у человека отнимают свободное пространство и право на тишину. Особенно заметно это в торговых центрах и офисах. В частных квартирах (например, в хрущевках) такого акустического насилия не встретишь, но в зонах потребления звук стал инструментом власти. Я исследую, как фоновая музыка прошла путь от авангарда до маркетинга и как современные художники пытаются сопротивляться этому контролю.
Авторы фотографий неизвестны. Студия звукозаписи, сотрудник и оборудование Muzak Records. Даты съёмки не установлены. Коллекция Ниссена. Коллаж; обработка нейросетью, 2026.
Принцип отбора материала
— наличие визуального контекста (фотографии лифтов, исторические снимки офисов и торговых центров); — использование обложек виниловых пластинок «Muzak» и альбомов в стиле эмбиент для визуализации истории; — фиксация теоретических концептов (Шейфер, ЛаБелль) и работ современных саунд-артистов, критикующих фоновую музыку.
Принцип рубрикации
Исследование опирается на три стратегии: Истоки и философия: от меблировочной музыки Сати до лифта как архитектурного феномена. Капитализм и «Muzak»: фоновая музыка как средство контроля и рекламы. Саунд-арт: современные художники, которые разбирают лифтовую музыку на части.
Принцип выбора и анализа текстовых источников
Теоретическая база опирается на ключевые тексты по исследованиям звука и философии музыки: Р. Мюррей Шейфер («The Tuning of the World»): вводит понятие «шизофрения» (разрыв звука и источника) и критикует «музыкальные завесы», которые скрывают шум индустрии. Брендон ЛаБелль («Акустические территории»): объясняет, как звук формирует границы пространства. Лифт, например, это публичная территория, где музыка создает иллюзию приватности. С. Ю. Румянцев («Книга тишины»): анализирует, как тишина исчезает из городской среды. Статьи по истории музыки (например, работы о Брайане Ино и Эрике Сати).
Muzak. Схемы программирования фоновой музыки «Stimulus Progression». Даты создания не установлены. Коллаж из архивных материалов.схемы показывают, как компания представляла музыкальное сопровождение как управляемую программу воздействия на работников. Они документируют замысел и аргументацию производителя; сами по себе графики не доказывают эффективность такого воздействия.
Ключевой вопрос и гипотеза исследования
Ключевой вопрос: как фоновая музыка в лифтах изменила восприятие времени и пространства и как её используют, чтобы управлять поведением человека в капиталистическом обществе? Гипотеза: фоновая музыка в лифтах выбрана не ради эстетики, а как инструмент акустического контроля. Она маскирует «мертвое время», создает иллюзию комфорта и превращает человека из пассивного пассажира в активного потребителя, лишая его возможности остаться в тишине.
Истоки: Меблировочная музыка Эрика Сати и эмбиент Брайана Ино
Идея фоновой музыки появилась задолго до первых коммерческих лифтов. В 1920-х годах французский композитор Эрик Сати придумал «меблировочную музыку». Он предлагал относиться к музыкальным пьесам как к обоям или мебели: пусть звучат в квартирах, на выставках и в библиотеках, создают атмосферу и не требуют внимания. Сати считал, что искусство не обязано быть в центре внимания и вполне может быть частью окружения.
Принцип меблировочной музыки можно проследить в пьесе «Обои из кованого железа». Повторение короткой музыкальной фразы позволяет рассматривать звук как орнамент, который заполняет пространство. Этот пример раскрывает идею «звуковых обоев», к которой обращается исследование.
Брайан Ино. «Ambient 1: Music for Airports». 1978. Графическая запись композиций и лицевая сторона обложки альбома. Она позволяет рассмотреть музыкальную композицию как организацию повторяющихся элементов во времени. Сопоставление изображения со звуковым фрагментом связывает визуальную структуру произведения с его восприятием на слух.
В 1970-х годах эту идею подхватил Брайан Ино. Он записал альбом «Ambient 1: Music for Airports», музыку для прослушивания в аэропортах. Ино хотел успокоить пассажиров и снизить уровень тревоги. В отличие от коммерческого «Muzak», эмбиент Ино был искусством. Но капитализм быстро сообразил, что звук можно использовать с выгодой.
Слева: Том Филлипс. «Брайан Ино». 1984–1985. Холст, масло. Национальная портретная галерея, Лондон. Справа: Брайан Ино. «Эмбиент 1: Музыка для аэропортов». 1978. Обложка альбома. Музей современного искусства, Нью-Йорк.
Эрик Сати создавал свою «меблировочную музыку» не для комфорта, а как провокацию. Классическая музыка, по его мнению, слишком навязчива и требует от слушателя постоянного внимания. Сати предлагал музыку, которую можно «не слушать»; она должна была стать звуковыми обоями. Его пьесы, например «Обои из кованого железа», лишены чёткой мелодии и развития. Это радикальный жест: музыка перестаёт быть искусством и становится частью интерьера.
Другой подход к музыке как окружению представлен в композиции Брайана Ино «1/1» из альбома «Музыка для аэропортов». Трёхминутный фрагмент позволяет сосредоточиться на повторении и медленном изменении музыкальной ткани. Здесь исследование переходит от меблировочной музыки Сати к эмбиенту Ино.
Брайан Ино пошел дальше. В альбоме «Эмбиент 1: Музыка для аэропортов» (1978) он применил технику генеративной музыки: короткие музыкальные фразы записывались на петлю и накладывались друг на друга в случайном порядке. Слушатель не мог уловить момент, когда начинается новая фраза. У этой музыки не было ни начала, ни конца. Именно эту концепцию, бесконечный и ненавязчивый звуковой фон, позже присвоил себе капитализм, создав компанию «Muzak».
Философия лифта: вертикальная мобильность и урбанизм
В урбанистике появление лифтов в конце XIX века принято называть «вертикальной революцией». Архитектура пошла вверх. Лифт был механизмом, но ещё и социальным пространством, на котором держалась быстрая работа огромных зданий.По теории ЛаБелля, лифт по природе публичное пространство, которое человек пытается сделать приватным. В лифте мы вынуждены стоять близко к незнакомцам, смотреть в пол и молчать. Возникает «неловкая тишина». Именно эту тишину капитализм решил заполнить музыкой. Лифтовая музыка стала «акустическим коконом», который скрывал неловкость и создавал иллюзию, что время в лифте не потрачено зря.




