Original size 1140x1600

Конструирование сакрального пространства личного мира художника в аутсайдерском искусстве

PROTECT STATUS: not protected
This project is a student project at the School of Design or a research project at the School of Design. This project is not commercial and serves educational purposes
The project is taking part in the competition

Концепция

Аутсайдерское искусство существует вне привычных рамок и течений, оно является слишком самобытным и уникальным, чтобы подходить под классические академические критерии и нормы. Концепция нестандартного, «одинокого», искусства появилась еще в 1940-е, когда Жан Дюбюффе предпринял первые попытки как-то охарактеризовать «грубое», «сырое», «необработанное» искусство, созданное «дикарями», назвав его «art brut». Позднее Роджер Кардинал ввел более универсальный англоязычный термин, который мы используем сейчас — «аутсайдерское искусство» (outsider art).В основе аутсайдерского искусства лежат нестандартные приемы, уникальное личное виденье автора (часто, человека, не связанного с искусством и не имеющего профессионального образования), не скованное общепризнанными художественными и общественными нормами и правилами, отличающими институциональное, профессиональное, искусство.

В аутсайдерском искусстве есть несколько устоявшихся нарративов, связанных с желанием выразить себя, привнести что-то сакральное или личное в мир, закрыть потребность говорить и быть услышанным.Один из них связан с религиозностью и мистическим опытом, который она порождает: личная вера, божественное откровение и духовные видения для художников-аутсайдеров часто становятся отправной точкой для творчества. Религия и вера ложатся в основу их произведений, переплетаются с желанием выразить сакральное знание, пришедшее к ним свыше, и поделиться с другими уникальным миром, в котором они живут. Духовность и религиозность, тесно переплетенные с желанием выразить себя и быть увиденным, формируют авторские стили художников-аутсайдеров: через искусство они рассказывают о своем мире, делятся личным знанием.Второй устоявшийся нарратив касается значения пространства в аутсайдером искусстве: художники работают с личными пространствами, открытыми и закрытыми, создавая в них уникальные миры, подчиненные авторской логике и видению, наполняя их различными объектами, лозунгами и манифестами. Авторы конструируют пространства для себя, выстраивая системы образов и символов, согласно конкретной логике, ощущению, цели. Так, личное пространство становится больше, чем жилплощадью: оно приобретает уникальные черты, отражает мысли художника, закрывает внутреннюю потребность в чем-то мистическом или, наоборот, практическом.

В рамках исследования я хочу рассмотреть феномен конструирования личного мира автора в аутсайдерской искусстве, разобрать на примере трех художников, как их работы становились способом создания новой реальности, какую потребность они закрывали.

Ключевой вопрос исследования: что стоит за стремлением создать свой личный, уникальный мир?

Работа делится на три основные части, в рамках каждой рассматривается творческий подход одного из трех авторов и анализируются приемы, отражающие мироустройство конкретного художника.Для исследования были выбраны работы Мартина Рамиреза, Джеймсона Хэмптона и Мэри Тиллман Смит. Так как три автора воплощают три подхода к конструированию личного мира в рамках своих произведений: работы Рамиреза анализируются через призму синтеза пространства реального «глубоко индустриального» мира с миром воспоминаний и классических мексиканских религиозных форм, глубоко личные мотивы, заложенные в его работы, выглядят как попытка сохранить себя через искусство; «Трон Третьего неба Генеральной ассамблеи тысячелетия наций» Джеймса Хэмптона рассматривается как пример попытки создать свой мир в пространстве дома: в это пространство он приводит Бога, а сам становится «строителем» не только «Трона», но и мира пред-апокалипсиса; творчество Мэри Тиллман Смит анализируется через идею конструирования личной церкви в пространстве двора через искусство — в ее искусстве — ее смысл, ее Бог и ее существование.

Рубрикатор:

[1] Концепция
[2] Мартин Рамирез: пространство памяти
[3] Джеймс Хэмптон: пространство апокалипсиса
[4] Мэри Тиллман Смит: пространство личной церкви
[5] Заключение

[6] Источники

Мартин Рамирез: пространство памяти

Мартин Рамирез родился в 1895 году в Мексике, к 1925-му он, оставив жену и детей, перебрался в США, чтобы найти работу. Около 6 лет он проработал на железных дорогах Северной Калифорнии, но к 1931 году его привычный мир рухнул: Рамирез лишился работы из-за Великой депрессии и, не зная языка и не имея возможности вернуться домой, был вынужден скитаться как бродяга. В январе 1931 он был задержан полицейскими на улице и позже помещен в психиатрическую больницу города Стоктон c диагнозом «параноидная шизофрения». Там начался его творческий путь и новая жизнь: следующие 32 года он проведет в больницах для душевно больных, где не произнесет ни слова.Ранние работы автора не сохранились: его художественный талант был замечен только в 1949 году, когда психолог, работавший в государственной больнице ДеВитт, куда Мартина перевели в 1948 году, начал собирать и сохранять искусство Рамиреза.

Original size 1000x650

Тармо Пасто и Мартин Рамирес, 1948-1963

В творчестве Рамиреза традиционные религиозные мотивы сочетаются с современными индустриальными пейзажами изменившейся реальности. Его работы отличаются вниманием к деталям, огромным количеством повторяющихся симметричных линий, формирующих живописные структурированные пространства, и элементами абстракционизма и натурализма, переплетенными между собой. Симметрия — еще один ключевой элемент: в центре композиции Рамирез зачастую размещает ключевую, божественную по своему значению фигуру, помещая ее в четко очерченное симметричное пространство, создавая, в некотором роде, постамент для Мадонны, характерный для мексиканских религиозных икон.Картины с изображением Богоматери становятся его аллегорией молитвы, одной из нитей, связывающих с прошлым, своеобразным пространством личной церкви на плоскости листа.

Original size 1370x1148

«Untitled (Madonna)», М. Рамирез, 1948–1953

Original size 1004x800

«Untitled (Reina/Madonna)», М. Рамирез, 1960–1963 / «Untitled (White Church with Abstract Sides)», М. Рамирез, 1960–1963

Религиозными отсылками наполняется и пространство индустриальной среды — повторяющийся нарратив шоссейных дорог и железнодорожных путей оказывается как будто пропитан каким-то божественным светом, очерчен аморфными мистическими формами и также заключен в своеобразную рамку, форму, за пределы которой он не может выбраться. В мистическое пространство его картин внезапно оказываются включены вполне современные вещи, такие как поезда, машины, дороги — и прочие прелести промышленности. Рамирез рисует мир по своим воспоминаниям, наполняя его образами, с которыми он работал в Штатах изо дня в день.

Original size 1501x749

«Untitled (Train)», М. Рамирез, 1953

Original size 1421x800

«Untitled (Collage)», М. Рамирез, 1952 / «Untitled (Three VW Vans)», М. Рамирез, 1948–1963

Original size 759x426

«Untitled», М. Рамирез, 1950-е

Но большая часть его работ полна ностальгической тоской по дому: на них он изображает сцены из той, прошлой жизни, — веселящихся людей, фигуры ранчеро — всадников и всадниц на конях, сельские пейзажи, флору и фауну далекой Мексики. Эти картины пропитаны чувством тоски и одиночества, оторванности от привычной жизни, в которой не было ни поездов, ни бесконечных железных дорог. Несмотря на то, что Рамирез мечтает о свободе, о возвращении домой, фигуры все равно остаются заключены в геометричные рамки, в ограничивающее замкнутое пространство «стен».Рисование стало для Рамиреза основным способом сохранения памяти о доме, о прошлом, о собственной идентичности. Создавая миры своих картин, он как будто пытался упорядочить мир внутри себя, разложить воспоминания по полочкам, сохранить их такими, какими он еще помнит. Добавить в свои больничные будни частичку далекого мира, которому принадлежала его душа.

Original size 4313x2048

«Untitled», М. Рамирез, 1954 / «Untitled (Horse and Rider)», М. Рамирез, 1948–1963 / «Untitled (Horse and Rider)», М. Рамирез, 1954

«Untitled (Courtyard)», М. Рамирез, 1953 / «Untitled (Horse and Rider with Horn, Rabbit, and Green Bird)», М. Рамирез, 1960-1963

На картинах Рамирез создает целый мир, в котором соединяются его тоска по дому, выраженная в зарисовках воспоминаний, последние годы его жизни в США и работа на железных дорогах и сакральная религиозность, свойственная коренному населению Мексики, отображенная через образы Мадонны.Бесконечное повторение образов и символов формирует исключительную упорядоченную систему, отражающую внутренний мир художника, ретроспективу всей его жизни, разложенную на самодельных холстах.Реальность, созданная Рамирезом, является его продолжением, попыткой воссоздать привычный мир внутри стен лечебниц.

Джеймс Хэмптон: пространство апокалипсиса

Джеймс Хэмптон родился в 1909 году в Южной Каролине в семье странствующего баптистского проповедника. В 19 лет он последовал за «Великой миграцией» на север. После службы в армии во время Второй мировой вернулся в Вашингтон и в 1946 году устроился уборщиком в Администрацию общих служб (General Services Administration), где и проработал до самой смерти.На протяжении жизни Джеймса посещали видения, в которых ему являлись святые и сам Бог: первое зафиксированное видение пришло в 1931 году, в нем ему явился Моисей — «This is true that the great Moses the giver of the tenth commandment appeared in Washington, D.C. April 11, 1931.»; в 1946 в свете звезды к нему пришла Дева Мария — «…on October 2, 1946, the great Virgin Mary and the Star of Bethlehem appeared over the nation’s capitol», и позже, в 1949, в день инаугурации президента — Адам — «This is true that Adam the first man God created appeared in Person on January 20, 1949. This was on the day of President Truman’s inauguration».В 1950 году Хэмптон арендовал неотапливаемый гараж, пространство, в котором мог начать работу над произведением всей своей жизни: «Троном третьего неба Генеральной ассамблеи тысячелетия наций», и именно там он готовился ко Второму пришествию Христа, конструируя трон, достойный Создателя.

Original size 1266x1052

James Hampton poses with his art, photographer unknown, 1950-1964

На «Трон» Хэмптон потратил 14 лет, но так и не успел его закончить. «Трон Третьего Неба Генеральной Ассамблеи Тысячелетнего Царства Народов» состоит из 180 объектов и занимает более 300 квадратных футов.Свое монументальное произведение Хэмптон, имея очень скромный достаток, собирал из материалов, найденных на улицах, с мусорных баках и фольги. Выброшенная мебель становилась каркасом для алтарей, банки, коробки и всевозможные обрезки ложились в основу корон, кафедр и скрижалей, крылатые алтари обретали крылья из фольги. Части «Трона» симметричны: центром композиции является семифутовый трон, увенчанный надписью «Fear not» на спинке, левая и правая части посвящены Ветхому и Новому Заветам.Для Хэмптона трон не был произведением искусства, он был «памятником Иисусу в Вашингтоне», частью буквального ритуала подготовки ко Второму пришествию. О скором апокалипсисе Хэмптон, будучи глубоко верующим человеком и называя себя «Святым Джеймсом», узнал из видений, и делом своей жизни определил подготовку к этому событию: поверхность «Трона» покрывают религиозные тексты, написанные асемическим письмом.

Original size 1920x869

«The Throne of the Third Heaven of the Nations' Millennium General Assembly», Джеймс Хэмптон, 1950-1964

«The Throne of the Third Heaven of the Nations' Millennium General Assembly», Джеймс Хэмптон, 1950-1964

Параллельно созданию «Трона» Хэмптон вел «записную книжку», называющуюся «The Book of the 7 Dispensation». Большая часть записей написана с помощью личного языка художника, шифра, разгадку к которому так и не нашли. На страницах книги Хэмптон называет себя «Святым» (St. James) на должности «директора специальных проектов государства Вечности» (Director, Special Projects for the State of Eternity), записывает тексты личных трактовок Ветхого и Нового Заветов, а так же документирует свои религиозные ведения. Подобно пророку он создает заповеди, чтобы вести и направлять людей в день Второго пришествия.

«The Book of the 7 Dispensation», Джеймс Хэмптон, 1945-1964

Инсталляция «Трона» состоит из огромного количества разноплановых объектов, фольга на каждом из них блестит, преломляясь, придавая всей композиции монументальный и величественный вид. Элементы алтарной композиции дополняются текстами, мелкими деталями, вылепленными со скрупулезным трудом — у каждой части «Трона» есть свое место и значение.В мире Хэмптона мусор становится материалом для создания фактически обожествленного пространства: личного алтаря его маленькой церкви, с которого он мог бы проповедовать, нести «Откровения» людям, служить Богу и подготавливать мир к его возвращению. В этом он видел цель жизни.

Original size 3000x2130

«Crown from The Throne of the Third Heaven of the Nations' Millennium General Assembly», Джеймс Хэмптон, 1950-1964

Конструирование сакрального пространства личного мира художника в аутсайдерском искусстве
Project created at 20.11.2026
We use cookies to improve the operation of the HSE website and to enhance its usability. More detailed information on the use of cookies can be fou...
Show more