Искусство, основанное на биоданных живых организмов

Современное визуальное искусство всё чаще обращается к данным, которые традиционно находились за пределами художественной репрезентации. Одним из наиболее перспективных направлений становится работа с биоданными живых организмов: физиологическими, поведенческими и сенсорными сигналами, которые фиксируют процессы жизни в реальном времени. В нем художники руководствуются «способами, которые создают или манипулируют жизнью, включая трансгенные формы, инженерию культуры тканей и живых гибридов» [1].Такие данные превращаются в материал для создания визуальных форм, позволяя художнику работать не с изображением как таковым, а с «следом жизни», выраженным через цифровые или аналоговые визуализации. В результате возникает особый тип художественной практики, находящийся на пересечении биологии, медиаарта и информационного дизайна.

Данное визуальное исследование посвящено искусству, основанному на биоданных живых организмов, и выстраивается вокруг гипотезы о том, что современное искусство всё чаще рассматривает живой организм не как объект изображения, а как активного участника художественного процесса. Эта идея позволяет переосмыслить границы авторства, медиума и зрительского восприятия, смещая их в сторону распределённой, межвидовой системы создания визуального и сенсорного опыта.

Структура исследования основана на классификации трёх царств живой природы: грибов, растений и животных — как трёх различных моделей взаимодействия с окружающей средой и, соответственно, трёх типов художественной агентности.

В разделе, посвящённом грибам, рассматриваются проекты, в которых мицелиальные сети и грибные структуры выступают как основа для формирования архитектурных и визуальных систем. Раздел растений включает проекты, в которых растительные организмы становятся источником аудиовизуальных и интерактивных данных. Блок, посвящённый животным, рассматривает более сложные и подвижные формы биоданных, связанные с поведением, звуком и сенсорной активностью.

Принцип отбора материала связан с обращением к художественным практикам, где живые организмы участвуют в создании произведения напрямую: через рост, поведение или сенсорные реакции. Важен не сам образ биологии, а способ взаимодействия с ней как с источником данных, которые становятся основой визуальных, звуковых и пространственных форм. Работа с источниками опирается на пересечение биоарта, медиаискусства и постгуманистических подходов, где живые системы рассматриваются как соучастники художественного процесса, а не его объект.

Грибы и мицелий рассматриваются как особая форма живой сети, способной к передаче сигналов и взаимодействию с окружающей средой. В искусстве мицелий используется как живой материал, способный расти и изменять форму произведения. Художников привлекает идея грибницы как модели скрытых природных коммуникаций и альтернативных экосистем

Philip Ross исследовал мицелий грибов как экологичный материал для архитектуры, дизайна и искусства. Он обнаружил, что грибные волокна обладают прочностью, устойчивостью к влаге, огню и плесени, а также могут принимать практически любую форму. На основе грибов рейши (Ganoderma Lucidum) Росс создал проект Mycotecture, конструкцию из выращенных грибных «кирпичей», показав возможность использования мицелия в строительстве, производстве мебели и художественных объектах.

Название проекта связано с ролью грибов в природных экосистемах: разветвлённые сети мицелия участвуют в круговороте веществ, особенно углерода, и образуют симбиотические связи с растениями. Для выращивания грибов использовался субстрат на основе соломы — побочного продукта сельского хозяйства. После завершения экспозиции грибные культуры были возвращены в почву, а сама инсталляция была собрана из переработанной древесины и остатков материалов от предыдущих проектов.

Инсталляция существует в режиме живого процесса, где грибные культуры формируют формы и поверхности в реальном времени. Визуальный образ не фиксируется заранее, а возникает как следствие биологической активности, включая разрастание, изменение плотности и появление плодовых тел. Такая логика работы переводит восприятие от статичного изображения к наблюдению за процессом становления.

ARBOR.Silva — это проект на пересечении биоарта, искусственного интеллекта и экологического дизайна, исследующий взаимодействие древесины, грибов и цифровых технологий. В работе используется мицелий гриба Pleurotus djamor (розовая вешенка), встроенный в синтетическую древесную структуру, созданную с помощью алгоритмов машинного обучения и роботизированного производства.

По мере роста мицелий реагирует на изменения окружающей среды и качества воздуха, выступая живым биосенсором, а собранные данные в реальном времени преобразуются в аудиовизуальные сигналы внутри инсталляции.

Раздел «Растения» посвящён художественным практикам, работающим с чувствительностью растительных организмов и их способностью реагировать на изменения среды. В отличие от грибных систем, связанных со скрытыми сетями и процессами роста, растения в медиаискусстве чаще рассматриваются как живые сенсоры, фиксирующие свет, прикосновение, влажность и присутствие человека. Их биоданные становятся основой звуковых, визуальных и пространственных изменений внутри произведения.

Проекты этого раздела исследуют возможность коммуникации между человеком и растением через технологии считывания сигналов. Художников интересует не внешний образ природы, а её внутренняя активность, обычно недоступная прямому восприятию. Благодаря этому растение начинает восприниматься как участник художественного процесса, способный влиять на структуру работы в реальном времени.

Проект «Формации» Миллис (2003) исследует взаимодействие растений и цифровой среды через преобразование биосигналов в звук и визуальные структуры. Электрическая активность растений считывается сенсорами и становится основой генеративной композиции, которая меняется в зависимости от условий среды и присутствия зрителя. Работа не имеет фиксированной формы, поскольку визуальный и звуковой результат напрямую зависит от состояния живого организма.

Akousmaflore — это интерактивная инсталляция в виде сада, где живые растения реагируют на прикосновения зрителей звуком. Каждое растение издаёт уникальные аудиосигналы, благодаря чему формируется «концерт» живой растительной среды. Звук возникает через взаимодействие человека и растения, в котором важную роль играют электростатические и тактильные воздействия.

Авторы делают акцент на скрытой чувствительности растений и предлагают рассматривать их как активных участников коммуникации. Звук здесь становится способом проявления процессов, которые обычно остаются незаметными для человека. Инсталляция создаёт ощущение диалога между телом человека и живой средой, стирая границу между природным и технологическим. Работа показывает, как медиаискусство использует технологии для выявления невидимых реакций живого организма и превращает их в основу взаимодействия со зрителем.

Проект «Жизнь» Олафура Элиассона (2021) исследует пространство музея как живую среду, в которой человек, растения и архитектура существуют нераздельно. Художника интересует создание условий для прямого сосуществования с природой внутри выставочного пространства. За счёт этого инсталляция воспринимается как изменяющаяся экосистема, зависящая от света, воды, роста растений и присутствия посетителей.

В основе проекта лежит идея отказа от доминирования над природой в пользу сотрудничества с ней, где человек становится частью экологических процессов. Работа также опирается на концепцию антрополога Наташи Майерс о «озеленении восприятия» и переосмыслении роли растений как ключевых участников формирования жизни на Земле. Проект показывает, что живые организмы могут формировать не отдельный объект, а всё пространство произведения. В этом проекте растения становятся частью изменяющейся системы, влияющей на восприятие среды в реальном времени.

Раздел, посвящённый животным, рассматривает художественные практики, работающие с поведением, движением, звуком и сенсорной активностью живых организмов. В отличие от грибов и растений, животные системы связаны с более сложными формами коммуникации и реакции на среду. Их биоданные часто проявляются через динамические процессы, которые невозможно полностью предсказать или зафиксировать.

Художница исследует связь между запахом, телом, расой и невидимыми формами власти. Для создания инсталляции она совместно с химиком и парфюмером разработала аромат на основе пота азиатско-американских женщин и феромонов муравьев, превратив воздух в часть художественного высказывания. В пространстве выставки также находились живые бактериальные культуры и муравьи, перемещавшиеся по печатным платам, что связывало темы биологии, труда и экологической токсичности.

Инсталляция моделирует необычную ситуацию, в которой зритель словно оказывается внутри мира насекомых: очень маленьким и «невидимым», поскольку в естественной среде саранчовые обычно замолкают при приближении человека. Проект позволяет услышать едва различимые и частично недоступные человеческому слуху звуки насекомых, включая ультразвуковые частоты, создавая пространство, где их «голоса» существуют без природного и техногенного шума.

Проект представляет собой конструкцию высотой около шести метров и шириной пять метров, где объединяются цифровые технологии, роботизированное производство и биологические процессы шелкопрядов. В работе используется кинетический робот-манипулятор, который направляет движение шелкопрядов во время прядения, создавая гибридную систему взаимодействия человека, машины и живого организма.

В течение десяти дней совместной работы шелкопрядов, людей и робота формируется сложная структура из шелковых нитей, демонстрирующая возможность «выращивания» архитектуры через биологические и технологические процессы.

Современное искусство действительно всё чаще рассматривает живой организм не как объект изображения, а как активного участника художественного процесса. Во всех рассмотренных проектах биологические системы напрямую влияют на структуру произведения через рост, сенсорные реакции, движение, звук или изменение среды. Художественная форма здесь возникает не из имитации природы, а из взаимодействия с её реальными процессами.

Анализ проектов позволил выявить закономерности в работе с разными царствами живой природы. Грибные системы чаще связаны с сетевыми структурами, медленным ростом и распределёнными процессами коммуникации. Растения выступают как чувствительные организмы, реагирующие на внешнюю среду и формирующие изменяющиеся аудиовизуальные системы. Животные и микроорганизмы становятся источником динамических и поведенческих данных, влияющих на пространство, звук и взаимодействие со зрителем.

Важной частью этих практик становится экологическое мышление. Художники всё чаще отказываются от идеи контроля над природой и рассматривают человека как часть общей экосистемы. Это меняет не только художественный подход, но и способ восприятия окружающей среды, обращая внимание на взаимосвязь между технологией, биологией и жизненными процессами.

Искусство, работающее с биоданными, делает невидимые формы жизни воспринимаемыми и показывает, что природные системы обладают собственной активностью и способностью влиять на культурное пространство. Благодаря этому биоарт становится не только экспериментом с новыми медиа, но и способом переосмысления отношений между человеком и живым миром.