«Лучший ход противника — твой лучший ход».
В музеях хранятся предметы, которыми когда-то пользовались люди, жившие тысячи лет назад. Среди них можно встретить причудливые игровые доски, фигурки животных, керамические чаши и оружие, предназначенное не для настоящего боя, а для состязаний. По этим предметам можно представить, как люди проводили свободное время, соревновались, общались и устраивали праздники. Но за каждым таким предметом скрывается вопрос: можем ли мы действительно понять игру, если больше никто не помнит, как в нее играли?

Шахматы «1812 год», Музей Отечественной войны 1812 года.
Иногда сама игра доживает до нашего времени в измененной форме, иногда сохраняется почти целиком только игровое поле, но правила оказываются утраченными. Иногда сама игра подробно описана в литературе, однако ее принадлежность к повседневной жизни давно исчезла. А иногда от игры остается только изображение, на котором люди совершают действия, смысл которых приходится восстанавливать по косвенным свидетельствам. Исчезновение игры не всегда означает исчезновение ее предметов. Каменная доска может пролежать в земле несколько тысячелетий, а изображение конного состязания сохраниться на старинной картине. Но игра существует только благодаря людям, которые знают ее правила и передают их другим. Когда эта связь прерывается, предметы остаются лишь материальными свидетельствами уже не существующей игры.
Рубрикатор
- Концепция
- Mehen
- Kottabos
- Hounds and Jackals
- Выводы
Концепция визуального исследования
Историю игр обычно восстанавливают по уцелевшим предметам, описаниям правил, иллюстрациям и упоминаниям в письменных источниках. Однако таких следов часто недостаточно для полной реконструкции. В отличие от архитектурного сооружения или произведения искусства, игра не сводится к материальному объекту: она существует прежде всего как действие, возникающее при участии игроков. Даже если игровое поле, фишки или другие принадлежности сохранились, без правил они не объясняют, как именно проходила партия. Поэтому при изучении утраченных игр важно учитывать не только сами артефакты, но и ту культурную среду, в которой они применялись.Мой выбор темы связан с тем, что игры составляют заметную, но хрупкую часть культурного наследия. Многие практики не попадали в письменные источники, поскольку правила передавались устно, а игра воспринималась как привычная часть повседневного досуга. В результате порой только археологическая находка или изображение позволяют понять, что та или иная форма развлечения вообще существовала. В своей работе я хочу показать более обыденную сторону истории, как люди проводили свободное время, какие формы соперничества считались допустимыми, какие игры были доступны разным социальным группам и почему одни развлечения закреплялись в культуре на столетия, а другие исчезали.
Теоретической основой моей работы станет исследование Роже Кайуа «Игры и люди». [1] Предложенная им классификация позволяет рассматривать игру не только как досуг, но и как особый вид человеческой деятельности. Для моего исследования особенно важны две категории: состязание (agon), связанное с проверкой способностей участников, и подражание (mimicry), при котором игрок изображает определенную роль или ситуацию. Эти понятия помогут сравнить выбранные примеры исчезнувших игр и увидеть различия между ними.
При этом исчезновение в работе понимается не как физическая невозможность повторить игру. Некоторые исторические игры сегодня реконструируются исследователями, музеями и энтузиастами. Однако современная реконструкция еще не означает, что игра существовала непрерывно. В данном исследовании исчезнувшей будет считаться игра, которая перестала передаваться как привычная часть исходной культурной среды и утратила прежнее общественное значение. Такой подход позволяет отделить историческое бытование игры от современных попыток воспроизвести ее правила.
Визуальный материал будет отбираться с учетом его исторической доказательности. В работу войдут фотографии игровых предметов, археологические находки, исторические картины и письменные свидетельства. Каждый тип изображения выполняет свою функцию: археологические предметы показывают материальную форму игры; изображения участников помогают понять её место в повседневной или праздничной жизни; живописные произведения дают представление о том, как игра выглядела в публичном пространстве и какое значение имела для общества.Для анализа будут использоваться научные публикации по истории игр, археологические исследования, музейные каталоги и исторические документы. Теоретические тексты нужны для объяснения природы игры и ее связи с культурой; исторические работы нужны для реконструкции конкретных практик; а музейные материалы для определения происхождения, датировки и назначения предметов. Однако археологическая находка может подтвердить существование игровой практики, но не обязательно раскрывает ее правила. Поэтому в тексте будут отдельно обозначаться факты, научные интерпретации и гипотезы.
Главный исследовательский вопрос работы звучит так: почему некоторые игры полностью исчезают из культуры, хотя материальные свидетельства их существования сохраняются до наших дней?Гипотеза состоит в следующем: игровые практики исчезают не только потому, что меняются сами развлечения, но и потому, что преобразуется общественная среда, делавшая эти практики возможными. Игры, тесно связанные с религиозными представлениями, формами общения, социальными группами или придворными церемониями, могут прекратить существование вместе с поддерживавшими их культурными институтами.Таким образом, игра способна пережить свою эпоху только в виде предметов, изображений и описаний, но утратить первоначальное значение и привычный способ существования.
Mehen
Каменная доска для игры в мехен.
Одной из самых необычных настольных игр Древнего Египта была «mehen». Это игра, у которой игровое поле повторяло форму свернувшейся змеи. В отличие от привычных прямоугольных досок, оно представляло собой круговую спираль, разделенную на отдельные участки. Игровое пространство начиналось у внешней части доски и постепенно двигалось к центру, где находилась голова змеи. Такой образ делал игру необычной даже среди других древнеегипетских настольных развлечений. [2], [3]Название mehen переводится примерно как «обвивающий», «свернувшийся» или «тот, кто обвивает». Оно связано с одноименным змеевидным божеством египетской мифологии. Согласно религиозным представлениям, Мехен защищал бога солнца Ра во время его ночного путешествия через подземный мир. Змея обвивала солнечную ладью, защищая бога от опасностей, которые могли встретиться ему во время ночного пути. Поэтому форма игрового поля, вероятно, имела не только декоративное значение, но и была связана с образами защиты, путешествия и возрождения. [3], [4]
Доска, хранящаяся в Египетском музее в Берлине. Размещённые на ней фигуры не использовались для игры в мехен.
Как выглядела игра?
Археологические находки и изображения показывают, что игровая доска имела форму спирально свернутого змеиного тела. Оно разделялось на множество небольших ячеек, которые образовывали последовательный путь от внешнего края к центру. При этом доски могли различаться количеством игровых участков и направлением спирали. Например, на одном из предметов, хранящихся в Институте изучения древних культур Чикагского университета, насчитывается 127 ячеек, тогда как на других досках число участков могло приближаться к 400. [4]
Каменная доска для игры в мехен, ок. 2707–2219 гг. до н. э.
Игра отличалась и набором игровых предметов. В качестве фишек использовались маленькие фигурки львов и львиц, а также шарики. Наиболее известное изображение такого набора находится в гробнице высокопоставленного чиновника Хеси-Ра в Саккаре. На стене гробницы была изображена игровая доска, рядом с которой находились фигурки животных и группы шариков. Эта композиция стала одним из основных свидетельств, позволяющих исследователям представить, какие предметы могли использовать участники игры. [2]
В центре — шарики для игры в мехен, слева и справа — фигурки львов, ок. 2980 года до н. э.
Ее точные правила неизвестны, но установлено, что она использовалась в погребальных обрядах. Предполагается, что она символически изображала путешествие души в загробный мир по телу божества-змея Мехена. [5]Предполагается, что участники перемещали фишки по спиральной дорожке, стремясь достичь ее центральной части. Некоторые исследователи рассматривают «mehen» как разновидность гонки, в которой фигурки и шарики двигались по игровому пути. Однако точные правила остаются дискуссионными. [2]
Представления о загробном мире
Особый интерес «mehen» представляет из-за возможной связи с древнеегипетскими религиозными представлениями. В этой культуре игра и ритуал не обязательно существовали как полностью разделенные области. Развлечение могло иметь символическое содержание и включаться в представления о жизни, смерти и загробном существовании. Спираль игрового поля могла восприниматься как образ пути, который должен пройти участник, чтобы достичь центральной части. В музейной интерпретации игры этот маршрут связывается с ночным путешествием солнечного бога Ра. Достигнув центра, игрок символически приближался к божеству и его циклу вечного возрождения. [3], [4]Однако нельзя утверждать, что каждый человек, игравший в «mehen», воспринимал партию исключительно как религиозный ритуал. Археологические находки позволяют предположить символическое значение игры, но не раскрывают личное отношение всех ее участников. Возможно, религиозные представления сочетались с обычным игровым интересом и удовольствием от состязания.
Почему Mehen исчезла?
Свидетельства о «mehen» относятся прежде всего к преддинастическому периоду и первым шести династиям Древнего царства. Музейные исследования указывают, что после Древнего царства игра, по-видимому, утратила популярность. При этом изображения, напоминающие ее, встречаются и позднее — в частности, в гробницах XXVI династии. Но это не обязательно означает, что игра продолжала существовать как живая практика: художественное оформление поздних гробниц могло воспроизводить более древние композиции и сюжеты. [4]В случае «mehen» мы видим, насколько тесно игровая практика могла быть связана с религиозными и социальными представлениями определенной эпохи. Если игра действительно была частью символического мира Древнего царства, то изменение религиозных акцентов, погребальных обычаев и форм досуга могло повлиять и на ее распространение. Однако прямое доказательство конкретной причины исчезновения пока отсутствует.
Kottabos
Игрок в коттабос, краснофигурная тарелка, около 500 г. до н.э
Если древнеегипетская «mehen» была связана с образом мифологического путешествия, то древнегреческий «kottabos» возникал в совершенно другой обстановке, во время пиршества. Это была игра, для которой не требовались сложные игровые поля или специальные фигурки. Ее главным инструментом становилась чаша с вином, а самой важной способностью была меткость.
Как играли в коттабос?
