Дионисийское в работах современных архитекторов

[1] Концепция исследования [2] Деконструктивный тип [3] Лабильный тип [4] Бионический тип [5] Гибридный тип [6] Заключение

Термин «дионисийское» восходит к философии Фридриха Ницше, который в работе «Рождение трагедии» противопоставил два начала культуры: аполлоническое (рациональное, гармоничное, структурное) и дионисийское (иррациональное, чувственное, хаотическое). В контексте архитектуры это противопоставление позволяет рассматривать здания не только как функциональные объекты, но и как выразителей определённой эстетики и — шире — определённой картины мира.

Во второй половине XX века, после кризиса модернизма, с его строгой функциональной логикой, архитектура постепенно начала отходить от аполлонической ясности. Поздний модернизм начал опираться на совершенно другие принципы. Фрагментация фасада, нестабильность формы, пространственная динамика — эти явления стали определять облик многих знаковых архитектурных проектов того периода. Прямые линии, симметрия, предсказуемость всё чаще уступали место место текучим, экспрессивным, бионическим формам.

Цель данного исследования — выделить ключевые феномены в дионисийской архитектуре новейшего времени. Нас интересуют основные направления, которые можно выделить в этой эстетической парадигме с опорой на весомый эмпирический материал (наиболее заметные проекты). В поиске этих направлений мы обратились к универсальным чертам дионисийства: смещению акцента с функциональной логики на чувственное восприятие, отказ от устойчивости, сбалансированности в пользу открытой экспрессии, общие витальность и аффективность произведения.

Увидеть проявление этих черт в современных сооружениях, с нашей точки зрения, можно прежде всего в характере формообразования. Иначе говоря, сегодня именно форма и композиция архитектурных объёмов выступают наиболее существенным критерием для эстетической идентификации здания. Исходя из вышесказанного мы сформулировали следующую исследовательскую гипотезу. В современной архитектуре можно выделить четыре направления дионисийства и соответствующие им типы зданий: деконструктивный, бионический, лабильный, гибридный. Представляется, что такой классификации может быть достаточно для описания явления в целом.

В ходе данного визуального исследования мы проверяем сформулированную гипотезу описание знаковых архитектурных проектов последних десятилетий и отнесение их к выделенным типам. В работе выделяются соответствующие четыре части.

Деконструктивный тип формообразования в современной архитектуре характеризуется отказом от композиционной устойчивости и целостности в пользу намеренной фрагментации, визуального напряжения и аффективной выразительности. Здесь мы несколько отходим от привычной «зонтичной» трактовки термина деконструктивизм в современных теории и истории архитектуры.

С нашей точки зрения, в основе деконструктивного формообразования лежат относительно простые геометрические объёмы, подвергающиеся деформации посредством смещений, изломов, радикального заострения или изъятия отдельных элементов. Характерными признаками данного типа становятся ломанные линии, нарушение тектонической логики и создание ощущения нестабильности архитектурной формы. В ряде случаев деконструктивный подход реализуется через конфликтное включение новых объёмов в историческую застройку, что усиливает эффект пространственного и смыслового разрыва.

Показательным примером является Рэм Колхас и его проект Дом музыки. Здание представляет собой асимметричный многогранный объём, в котором традиционная монументальность заменяется ощущением нестабильности и композиционного сдвига. Нарочито острые грани и неравномерная пластика фасадов формируют образ архитектурного объекта как автономной скульптурной массы.

Схожие принципы прослеживаются в ещё одном проекте Колхаса — Центральной библиотеки Сиэтла. Пространственная структура здесь строится на пересечении смещённых объёмов, заключённых в диагональную сетчатую оболочку. Архитектурная композиция утрачивает привычную иерархию этажей и фасадов, а само здание воспринимается как динамическая система пересекающихся фрагментов.

В проекте Штаб-квартира CCTV Колхас радикализирует деконструктивный подход посредством отказа от традиционной вертикальной схемы высотного здания. Непрерывная пространственная петля, образованная наклонёнными объёмами и консольными соединениями, нарушает представление о конструктивной устойчивости и создаёт эффект визуального напряжения.

Особенно отчётливо конфликтный характер деконструктивизма проявляется в проекте Даниэля Либескинда — Дрезденском музее военной истории. Клиновидный объём буквально врезается в историческое здание музея, формируя резкий контраст между классической симметрией существующей постройки и агрессивной геометрией нового элемента. Здесь деконструкция становится не только формальным, но и символическим приёмом, связанным с переосмыслением исторической памяти.

К деконструктивному типу можно отнести и ранний проект Захи Хадид — Пожарная часть в немецком Вайле-на-Рейне. Композиция здания строится на пересечении остроугольных плоскостей и диагональных направлений, создающих впечатление зафиксированного движения. Архитектурная форма здесь приобретает предельно напряжённый и динамичный характер.

Таким образом, деконструктивный тип формообразования основан на сознательном нарушении композиционной устойчивости и тектонической целостности. Архитектурный объект в данном случае выступает как источник визуального конфликта, динамики и эмоционального воздействия. В этом проявляется дионисийское начало как принцип радикальной экспрессии, разрушения порядка и усиления аффективного переживания формы.

Лабильный тип формообразования в условно дионисийской архитектуре характеризуется отказом от жёсткой геометрической структуры в пользу подвижной, текучей, пластически изменчивой формы. В этом заключается ключевое отличие от деконструктивного формообразования.

В нашем понимании, для лабильной архитектуры характерны плавность линий, отсутствие выраженных углов и композиционного центра, а также подчеркнутая абстрактная экспрессивность пластического образа. Объёмы нередко воспринимаются как находящиеся в состоянии непрерывного движения или трансформации, вследствие чего сооружение приобретает динамичный и эмоционально насыщенный характер.

Одним из наиболее последовательных представителей данного подхода является Фрэнк Гери. В проекте Башня Бикмена в Нью-Йорке динамика достигается за счёт волнообразной деформации фасадной поверхности. Архитектурный объём лишается статичности: ритмические изгибы создают ощущение странной мягкости, эта огромная вертикальная структура будто находится в постоянном движении.

Особенно ярко принципы лабильного формообразования раскрываются в проекте Музей Гуггенхайма в Бильбао. Композиция здания строится на сочетании криволинейных металлических объёмов, свободно перетекающих друг в друга. Отсутствие чётко фиксированной композиционной оси и преобладание сложной пластики формируют эффект почти хаотичной изменчивости. Архитектура музея приобретает почти скульптурный характер, в котором эмоциональная выразительность становится важнее конструктивной рациональности.

Сходные принципы реализованы в проекте Захи Хадид — Центре Гейдара Алиева в Баку. Здание представляет собой единую оболочку в форме больших вздымающихся волн, которые стирают внешнюю границу между фундаментом и крышей. Так создаётся ощущение непрерывности пространства, мягкой и при этом выразительной динамики объёмов.

Лабильный характер формы проявляется и в проекте объединения MAD Architects — Absolute Towers. Башни в канадском Торонто разработаны архитектором Ма Яньсун совместно с Дан Цюнь и Ёсукэ Хаяно. Небоскрёбы отличаются плавным вращением этажей вокруг вертикальной оси, вследствие чего силуэты зданий приобретают текучую, почти органическую пластику.

Как можно заметить в рассмотренных примерах, лабильный тип формообразования основан на принципах пластической изменчивости, текучести и пространственной динамики. Архитектура данного типа стремится к созданию эмоционально выразительной среды, в которой форма воспринимается как процесс непрерывного движения и трансформации.

Дионисийское начало в данном случае выражается в активной изменчивости. Парадоксальным образом устойчивая форма воспринимается как поток. Такое концептуальное противоречие и создаёт в лабильном типе внутреннее напряжение.

Бионический тип формообразования в современной архитектуре основывается на интерпретации природных структур, процессов и морфологических принципов. Для него характерны пластичность и (в отличие от лабильного типа) цельность архитектурной формы, преобладание плавных линий, обтекаемость объёмов и ритмическая организация элементов.

Важную роль здесь играет стремление к визуальной и экологической интеграции здания в окружающую среду, что нередко сопровождается активным использованием стеклянных поверхностей, природоподобных оболочек и фасадного озеленения. Архитектурный объект при этом воспринимается не как жёстко организованная конструкция, а как органическая система, близкая по своей логике природным образованиям.

Одним из наиболее показательных примеров этого типа мы считаем является проект Винсена Каллебо — Tao Zhu Yin Yuan в Тайпее. Композиция здания строится на принципе спиралевидного скручивания объёмов, напоминающих по форме молекулы ДНК или рост растительных структур. Существенную роль в проекте играет вертикальное озеленение: прямо на фасадах предполагается размещение множества растений, благодаря чему архитектура приобретает черты искусственной экосистемы. Бионический подход в данном случае проявляется не только на уровне пластики, но и в экологической концепции здания.

Органические принципы формообразования последовательно развиваются и в проектах бюро MAD Architects, основанного Ма Яньсун совместно с Дан Цюнь и Ёсукэ Хаяно. В проекте Bay Culture Park в китайском Шеньжене архитектурный комплекс формируется как система текучих объёмов, напоминающих природный рельеф или морские волны. Отсутствие жёсткой геометрической расчленённости и преобладание непрерывных линий создают эффект естественного ландшафтного образования, интегрированного в городскую среду.

Схожие принципы реализованы в ещё одной работе MAD Architects — Wormhole Library. Комплекс библиотеки отличается мягкой пластикой белых оболочек и обтекаемостью пространственных переходов. В результате архитектурная форма ассоциируется с природными образованиями: норами или морскими гротами. Важной особенностью проекта становится размывание границы между внутренним и внешним пространством, что усиливает ощущение органичности среды.

Итак, бионический тип формообразования ориентирован на воспроизведение природной логики организации пространства. Архитектура в данном случае стремится к органичности, слиянию с природой и созданию непрерывной среды, близкой по своим характеристикам реальным биотопам. Дионисийское начало проявляется здесь как витальная энергия роста, растворяющей границы между искусственным и природным.

Гибридный тип формообразования в современной архитектуре характеризуется осознанным соединением различных принципов организации архитектурной формы в пределах одного объекта или комплекса.

В отличие от более однородных формальных систем, гибридный подход предполагает сочетание нескольких типов пластики, пространственной логики и композиционных приёмов. В рамках одного проекта могут одновременно присутствовать текучие и фрагментированные объёмы, бионические и деконструктивные элементы, динамичные оболочки и жёсткие геометрические структуры. Подобная многослойность позволяет архитекторам формировать более сложные пространственные образы.

Показательным примером является работа Захи Хадид — финансовый квартал KAFD Metro Station в Саудовской Аравии. В данном случае сочетаются черты лабильного и бионического типов формообразования. Текучесть пространственной структуры, отсутствие жёстких углов и динамика внутренних линий сближают объект с лабильной архитектурой. При этом сотообразную фактуру, напоминающую клеточные структуры или ячейки улия, можно отнести к бионическому подходу.

Синтез деконструктивного и лабильного подходов прослеживается в облике Национального музея искусства XXI века, ещё одной работе бюро Захи Хадид. Композиция здания основана на пересечении сложных пространственных траекторий, создающих ощущение непрерывного движения, характерного для лабильного типа. При этом фрагментарность объёмов, нарушение привычной композиционной иерархии и напряжённость пространственных пересечений сближают объект с деконструктивизмом. В результате архитектурная форма приобретает одновременно текучий и угловатый характер.

Итак, гибридный тип формообразования отражает стремление современной архитектуры к синтезу различных пластических и композиционных систем. Комбинирование нескольких формальных подходов позволяет создавать более сложные, многозначные и адаптивные архитектурные образы. Дионисийское начало проявляется в этом синтезе как принцип множественности и перманентного смешения формальных порядков, снимающий границы между устойчивыми типологиями.

В результате визуального исследования мы убедились, что в архитектуре новейшего времени дионисийское начало никуда не исчезло. Ровно наоборот: оно обрело новые заметные эстетических проявления на базе передовых инженерных технологий и подходов к пространству.

Начиная со второй половины XX века модернистская рациональность и связанная с ней аполлоническая модель, основанная на порядке, стабильности и функциональной ясности, всё чаще отходила на второй план. Архитекторы по всему миру возвращались к дионисийскому началу: динамике, чувственному восприятию и дестабилизации формы.

Дионисийское в архитектуре проявляется не как единый стиль, а как совокупность различных стратегий преодоления геометрической и функциональной нормативности. В рамках исследования были выделены четыре условных типа: деконструктивный, бионический, лабильный и гибридный. Каждый из них по-разному выражает стремление к разрушению устойчивой структуры и к переосмыслению архитектуры как эмоционального, телесного и аффективного опыта.

Таким образом, дионисийское можно рассматривать как одну из ключевых и при этом неоднородных моделей современного архитектурного мышления.