Концепция: прерафаэлиты — протест против академизма.
Прерафаэлиты — направление в живописи Англии второй половины XIX века, отправной точкой которого стало формирование братства художников, бросивших вызов академической системе рисования. Основоположниками этого движения стали Джон Эверетт Милле, Данте Габриэль Россетти и Уильям Холман Хант. Королевская академия художеств на тот момент диктовала строгие правила, которым должны были следовать студенты. Написание картин по шаблону, ориентирование на искусство Высокого Возрождения, идеализация образов, отсутствие интереса к натуре — всё это привело к закостенелости искусства. Прерафаэлиты же, как следует из названия, интересовались искусством до Рафаэля, их вдохновляла эпоха Кватроченто, представителями которой были Фра Анджелико, Мазаччо, Пьеро делла Франческо, Боттичелли. Последний, в частности, был особенно значим для братства, в работах молодых художников можно проследить, как они вдохновлялись его образами, цветовой палитрой, подходом к изображению. Проанализировав творчество прерафаэлитов, и рассмотрев в нем влияние одного из мастеров Раннего Возрождения можно понять, как они, обращаясь как и Академия, к прошлому, сумели сформировать новый уникальный подход к живописи.
Цель этого исследования — изучить новаторский подход прерафаэлитов к живописи и проанализировать влияние творчества Боттичелли на их работы.
Важно заметить, что прерафаэлиты не отрицали талант художников Высокого Возрождения. Говоря, например, о Микеланджело, они признавали его мастерство, но видели проблему в его последователях, которые «привили свои мертвенные плоды к его живому дереву»[2]. Прерафаэлиты критиковали именно сложившийся академический подход, предлагающий студентам работать по готовым лекалам, вместо поиска своего индивидуального стиля.
В структуре исследования для анализа выделены отдельные аспекты творчества прерафаэлитов
Рубрикация построена в соответствии с выделенными аспектами в творчестве прерафаэлитов, к которым они нашли новый подход: образ природы, колористические решения, женский образ. При подборе материала был использован следующий принцип: выбраны произведения братства прерафаэлитов и их дальнейших последователей, которые можно проанализировать на предмет их стиля, цветовых и композиционных решений, а также подобрано несколько картин Сандро Боттичелли и представителей академической викторианской живописи для проведения сравнительного анализа. При отборе текстовых источников уделялось внимание их надежности, актуальности и достоверности изложенной в них информации, было обращение к книгам, статьям и исследованиям, посвященным данной теме.
Пейзаж
Джошуа Рейнольдс, «Леди Каролина Ховард», 1778. // Бенджамин Хейдон «Портрет Артура Уэлсли, герцога Веллингтона», дата неизвестна, до 1846.
«Мы просто хотим более полной передачи натуры… Почему отдельные составные части композиции должны быть пирамидально построены и противопоставлены? Почему самый яркий свет должен падать на главную форму? Зачем один из углов картины всегда должен быть затенен? По какой причине небо в картине, изображающей день, должно быть черным, как ночь?"[3] — такими вопросами задавались художники прерафаэлиты. Они считали, что должны «вернуться к самой природе"[2], к простоте, натуралистичности и искренности в изображении. Они хотели уйти от обобщения и упрощения окружения в холсте, принятых в академии.
Сандро Боттичелли, «Весна», 1482.
На момент середины XIX века искусство Раннего Возрождения было позабыто (тогда эту эпоху только начинали заново открывать), и имя Сандро Боттичелли было не на слуху. Прерафаэлиты, открыв для себя его творчество, вдохновились самобытностью мастера, его трепетным отношением к изображению природы.[3] Здесь нет небрежных мазков, обозначающих условные растения, Боттичелли прописывает всё до мельчайших деталей, не только любуясь красотой, но и вкладывая смысл в окружение, что перенимают художники-прерафаэлиты в свои работы. Такое вдохновение забытым старым даёт почву для создания нового.
Джон Эверетт Милле, «Офелия», 1852.
Очень тонко художники подходят к выбору оттенков, такого живого реалистичного эффекта в написании они добиваются благодаря тому, что выходят на пленэр, опережая тем самым свое время.
Джон Уильям Уотерхаус, «Срывайте розы поскорей», 1909.
Эдвард Бёрн-Джонс, «Песнь любви», 1877.
Джон Уильям Уотерхаус, «Пробуждение Адониса», 1899.
Данте Габриэль Россетти, «Сон наяву», 1880. // Эдвард Бёрн-Джонс «Зачарованный Мерлин» 1874.
Цвет и тон
Сандро Боттичелли, «Мадонна с книгой», 1480.
Художники-прерафаэлиты очень узнаваемы своими яркими чистыми цветами. Это неспроста - ведь они вывели новую технологию в написании своих картин: отказавшись от темной грунтовки и подмалевка, они стали использовать белый грунт, в основе которого были недавно изобретенные цинковые белила, и писали полупрозрачными красками по сырому.[3] Светлая основа давала возможность сохранить свет и насыщенность в работе.
Сандро Боттичелли, «Венера и Марс» 1483.
Нельзя сказать, что прерафаэлиты переняли технику у Боттичелли, хотя бы из-за разницы в материалах (Боттичелли писал темперой, а не маслом), но можно проследить параллель: в процессе написания он также учитывал как основа будет влиять на конечный результат, и потому использовал разные цвета грунтовки для отдельных частей работы в зависимости от их тона и оттенка — для передачи светящейся кожи человека он использовал белый.[4] При разных подходах визуально заметны сходства отношений цвета и тона в работах.
Данте Габриэль Россетти, «Пия де Толомеи», 1868.
Уильям Моррис, «Прекрасная Изольда», 1858.
Данте Габриэль Россетти, «Rosa Triplex», 1874.
В некоторых работах из-за одинаковой тоновой проработки деталей на переднем и дальнем плане теряется плановость, из-за чего картины приобретают немного декоративный вид.
Джон Эверетт Милле, «Слепая», 1856.
Страдвик Джон Мелхуиш, «Песня без слов», 1875.
Джорд Фредерик Уоттс, «Выбирающая», 1864.
В работах часто встречаются оттенки розовато-красного, рыжего, зеленого, они подчеркивают природную естественность, натуралистичность. Белый в работах говорит нам о чистоте, духовности, возвышенности.
