Концепция
Библейские сюжеты веками служили материалом для живописи и скульптуры. Художники по-разному представляли одни и те же события: выбирали момент, который увидит зритель, выстраивали отношения между фигурами, выделяли жесты и предметы, по которым можно узнать сцену. Видеоигры продолжают эту историю переосмысления. Они обращаются к знакомым образам и сюжетным ситуациям и добавляют к ним возможность действовать. Игрок может встретить библейский образ в игровом пространстве, увидеть, как он меняется по ходу событий, или столкнуться с задачей, построенной на самом сюжете. В этом исследовании я рассматриваю, что делает библейскую сцену узнаваемой в игре и как её восприятие меняется, когда дальнейшее развитие событий зависит от действий игрока.
Связь этой темы с историей живописи начинается с внимательного взгляда на картину. Положение фигур, направление взгляда, жест руки или предмет рядом с героем помогают узнать сюжет и понять, какой его момент выбрал художник. В «Благовещении» Леонардо важен промежуток между Гавриилом и Марией. Через него обращённые друг к другу жесты читаются как начало разговора. В «Смерти первенца фараона» Альма-Тадемы затемнённый интерьер заставляет постепенно различать фигуры вокруг отца и сына. Такие детали позволяют сравнить, как живопись направляет взгляд и как видеоигра распределяет внимание между изображением, интерфейсом и возможностью действовать.
Актуальность исследования связана с тем, что знакомые по истории искусства образы встречаются в среде, где с ними можно взаимодействовать. Картину можно приобрести для игровой коллекции, а поза, похожая на скульптурную группу оплакивания, может задержать внимание перед боем. Иногда узнаваемость сохраняется на уровне исходного конфликта. В Chants of Sennaar языковое разобщение, знакомое по рассказу о Вавилонской башне, становится задачей: игрок выводит значение знаков, применяет догадку и подтверждает перевод. Сопоставление таких случаев помогает понять, почему один и тот же библейский мотив может выполнять разные функции.
Я выбрала произведения, в которых ход события можно прочитать по конкретной детали, и игровые эпизоды, в которых можно проследить действие и его результат. Каждый разбор начинается с целого произведения. Затем я приближаю значимую деталь и сопоставляю её с игровым кадром или последовательностью кадров. Библейский текст помогает восстановить порядок событий, музейные каталоги уточняют авторство и датировку, а игровые записи и прохождения позволяют проследить, что происходит до действия игрока и после него. Интервью и материалы разработчиков также помогают установить, какие источники они сами использовали.
Структура
Исследование состоит из четырёх глав. Каждая посвящена одному способу обращения с библейским образом:
1. Картина становится предметом коллекции
2. Композиция становится сценой встречи с противником
3. Сюжет меняет точку зрения
4. Сюжет становится последовательностью действий
Гипотеза
С развитием цифровых медиа традиционные библейские сюжеты не исчезают из визуальной культуры, а получают новое воплощение, где сохраняют узнаваемые художественные образы, но приобретают новые значения и функции.
Ключевой вопрос: какие композиции, жесты и атрибуты библейских сцен сохраняются при переходе из живописи в видеоигры и какую роль они получают в игровом пространстве, повествовании и действиях игрока?
На выбранных примерах я проверяю обе части гипотезы: по каким признакам зритель узнаёт сцену и какую роль эти признаки получают в игре. В одних случаях узнаваема конкретная картина или поза, в других связь с библейским рассказом сохраняется через саму ситуацию и действия персонажей.
Картина становится предметом
коллекции
Благовещение
Леонардо да Винчи. «Благовещение», около 1472. Уффици.
В Евангелии от Луки Гавриил сообщает Марии о грядущем рождении Иисуса. Леонардо помещает фигуры по сторонам вытянутой доски. Слева ангел преклоняет колено и поднимает руку в приветствии. Справа Мария сидит за аналоем, перед ней раскрыта книга. Одна её рука остаётся у страницы, другая поднята навстречу ангелу. Так в одной позе соединяются два последовательных момента — чтение и ответ на весть.


Леонардо да Винчи. «Благовещение», около 1472. Уффици. Фрагменты.
Если приблизить руки, весть становится видимой через два ответа тела: Гавриил приветствует Марию, она поднимает ладонь. В широком формате эта пара жестов связывает две зоны картины. При уменьшении до игровой миниатюры именно взаимное расположение фигур остаётся первым признаком для опознания, а читаемость рук отходит на второй план, для внимательного и интересующегося игрока.
Крещение Христа
Андреа дель Верроккьо и Леонардо да Винчи. «Крещение Христа», около 1470–1475. Уффици.
У Верроккьо и Леонардо взгляд собирается вокруг вертикали. Иоанн склоняется над Христом, вода отмечает совершаемый обряд, а голубь в верхней части соотносит обряд с нисхождением Святого Духа. Слева ангелы опускаются на колени. Поворот головы одного из них возвращает взгляд к фигурам у воды. В «Благовещении» главным был интервал между ответными жестами. Здесь пространственная связь проходит от воды и головы Христа к голубю.


Андреа дель Верроккьо и Леонардо да Винчи. «Крещение Христа», около 1470–1475. Уффици. Фрагменты.
Покупка и показ
На вывеске торговца в Assassin’s Creed II читается Mercante d’arte. Фасад лавки обозначает место покупки. Названия самих произведений видны на других кадрах — в интерьере виллы. Англоязычная подпись к «Благовещению» называет Леонардо, а подпись к «Крещению Христа» — Андреа дель Верроккьо.
Assassin’s Creed II. Ubisoft Montreal, 2009. Лавка картин.
Игра связывает покупку картин с развитием игрового персонажа и его владений. Каждая купленная картина увеличивала доход в Монтериджони — игровой управляемой вилле, чем выше цена картины, тем больше доход. В обеих сценах репродукция заключена в раму, а рядом с ней появляется подпись с названием, именем художника и кратким описанием сюжета. У «Крещения» сохраняется вертикальный формат и центральная фигура Христа. У «Благовещения» — горизонтальный формат и расположение Гавриила и Марии по краям. Покупка, которая учитывается в развитии виллы, открывает и возможность такого изучения.


Assassin’s Creed II. Ubisoft Montreal, 2009. Вилла Монтериджони.
В Assassin’s Creed II связь с конкретным произведением устанавливается по трём признакам: названию, атрибуции и композиции репродукции. Игрок определяет состав собрания, а режим осмотра позволяет перейти от покупки картины к чтению её сюжета.
Композиция становится сценой
встречи с противником
Два способа показать оплакивание
Пьетро Перуджино. «Пьета», около 1493–1496. Уффици.












