Образ женщины в эпохи Средневековья и Возрождения.

Образ женщины в искусстве всегда был особенным: живым, волнующим и изящным или же загадочным, неприступным и холодным, но образ этот всегда цепляющий и манящий. Женщина была вдохновением многих творцов, и именно поэтому сегодня, рассматривая их изображения на полотнах, мы не можем не заглядеться. Посещая галереи и музеи, в которых представлены полотна с иллюстрацией женщин, хотя бы на секунду, но невольно замираешь и засматриваешься, потому что каждый художник выделял в них своё «прекрасное» и созерцать это «прекрасное» всегда невероятно увлекательно.

Меня всегда восхищали женщины написанные в эпоху Возрождения, их элегантность, величие, изящество линий и, конечно, красота. Женщины в этот период совершенны в своей уникальности: чувственные и величественные образы, сложно сказать кто пред тобой, богиня или человек. Художники на полотнах создавали нечто, что было не бездушным изображением, но живым существом, что вот-вот задышит и начнёт двигаться.

На весь мир известны своей красотой такие полотна как «Рождение Венеры», Сандро Боттичелли, «Венера Урбинская», Тициана, и, конечно, «Мона Лиза», Леонардо Да Винчи. Но что же предшествовало таким гениальным произведениям? Как человечество пришло к столь живому и утончённому образу? Именно эти вопросы подтолкнули меня исследовать глубже.

Тогда я обратилась к искусству Средневековья и изображения в нём женщины. Меня поразил контраст, который я увидела: вместо ярких, богатых телом дам на полотнах были изображены мертвенно бледные, длинные, практически бесполые тела, находящиеся в, так называемой, торжественной неподвижности. Однако тела эти были всё также величественны и утончённы. Словно фарфоровые, они смотрят с картин, но во взгляде чувствуется холод и нечто неживое, и, хотя глаза могут быть обращены на зрителя, в них не найти тепла. В них нет той жизни, что бьёт ключом с полотен Ренессанса.

Тогда мне стало интересно сравнить искусство таких разных эпох и тогда же зародилась тема для этого визуального исследования. Идея того, что человечество из одной крайности перешло в другую, словно струна, которую долго и упорно тянули на протяжении почти десяти веков, вдруг порвалась, и все каноны, которым следовали в Средние века, стали полярными, не могла оставить меня в покое. Почему появился культ женского тела и что всё же осталось прежним, несмотря на грандиозный переход.

В своём визуальном исследовании мне хочется подробно рассмотреть образ женщины как в каждой из эпох отдельно, так и сравнить некоторые произведения, чтобы подчеркнуть разницу или лучше увидеть сходства.

В этой части визуального исследования я попробую собрать популярный образ женщины в искусстве Средних веков. Рассмотрим несколько наиболее известные картины и выделим тенденцию того времени. Стоит начать с того, чем жили люди в Средневековье, а жили они религией. Роль церкви в эту эпоху была очень сильна, и религия существовала лишь одна — христианство. Конечно, это отразилось на искусстве.

Сложно найти портреты женщин в Раннем и Высоком Средневековье, почти все женские изображения — изображения Святой Марии, и только в Позднем Средневековье появляются портреты знатных дам. Факт того, что единственными изображениями женщин в эти века были иконы Божьей Матери, указывает на сильное духовное начало. Для людей душа стала важнее тела, потому даже в Позднем Средневековье, женщины, смотрящие на нас с портретов, не выглядят женственно, в нашем привычном понимании.

Святые изображённые на иконах почти все имеют одни и те же черты лица, вне зависимости от пола: округлый подбородок, узкий, прямой или чуть выгнутый нос, дуги бровей и глаз параллельны и одинаковы. Выражение лица спокойное, даже безэмоцианальное, которое будто намеренно отдаляет зрителя от картины. Святая Мария не имеет почти никаких женских отличительных черт, кроме синего цвета в одежде, символизирующего целомудрие.

Однако в период Позднего Средневековья появляются портреты знатных дам, и здесь уже есть на что посмотреть. Теперь можно увидеть специфику того времени и выявить понятие красоты, присущее ему.

Каноны этой эпохи требовали от девушек сходства с Мадоннами: бледная кожа, болезненная худоба, миниатюрные кисти рук, ступни и рост, а фигура не должна иметь округлостей. Лицо вытянутое, конечно, белое, символизирующее чистоту и непорочность, потом высокий лоб и едва заметная линия бровей, под которой полные отрешённости глаза, предающие кротость и спокойствие картине, волосы белокурые или рыжие.

«Портрет девушки» Петруса Кристуса воплощает в себе идеал красоты того времени. Девушка выглядит почти бесплотной и «прозрачной», болезненно бледная, с почти бесцветными бровями и ресницами, хрупкие, тонкие плечи и шея, высокий лоб и крепко стянутые и убранные под хеннин волосы.

Портрет Марии тоже соответствует канонам. Высокий лоб, словно лишённое крови лицо, которое кажется ещё белее за счёт тёмной ткани платья, высокие незаметные брови и ресницы и волосы, убранные под хеннин. Девушка также одета по последней моде фламандского и итальянского высшего общества.

Так выглядели первые красавицы Средневековья, сдержанные, чистые, кроткие и будто фарфоровые. Прямая осанка и изящество, смешанное с холодом. Но, что насчёт красавиц Ренессанса?

Со сменой эпох координально сменился и взгляд на женские красоту и тело. Начался, начался так называемый, «культ женского тела». Художники перестали изображать иконоподобных, словно неживых, девушек и решили передавать на своих картинах все изящные линии и мягкие изгибы женского тела. Теперь красавицы символизировали не кротость, чистоту и холод, а любовь, жизнь и плодородие. Однако каждый художник всё же видит прекрасное по-своему, так какой же он, образ женщины в эпоху Возрождения?

Женщин в живописи Ренессанса можно поделить на три категории: музы, Мадонны и Венеры.

Донна Велата была музой и возлюбленной Рафаэля Санти. Хотя работам художника были свойственны глубокие, детальные и божественные сюжеты, в этой картине он решил обратиться к простой красоте обычной девушки, даже фон оставив нейтральным. Девушка изображена живой и мягкой: розовые щеки и губы, ясные глаза, изящная шея, рука, прижатая к груди передаёт её волнение, а пышное платье создаёт впечатление хрупкости той, что его носит. Хотя волосы аккуратно убраны назад и выгодно выделяют шею, одна прядь всё же выбивается и делает образ девушки ещё более наивным и живым.

Большинство муз так и остались неизвестными красавицами, смотрящими на нас с картин. Таинственные девушки, которых художники решили увековечить. Конечно, не все они остались безымянными, например, «Мона Лиза» Да Винчи живёт в умах людей отдельным от создателя образом, со своими именем и историей. Однако этого нельзя сказать про «Виоланту» Тициана. Безусловно, существует множество теорий и легенд на счёт этой девушки, самая простая — это то, что Тициан собрал идеальный образ венецианской красоты, и определённого человека за этим не стояло. Вторая же теория гласит, что Виоланта была возлюбленной художника.

Образ Виоланты мягкий, нежный и загадочный. Густые золотые волосы, округлые линии плеч и бровей, изящная шея и пухлые белые руки. Платье девушки с глубоким вырезом подчёркивает шею, плечи и грудь, а также добавляет ещё больше мягких линий, как бы сглаживая возможные углы.

Художники всегда стремились воссоздавать идеальное, но кто может быть более совершенным, чем богини или святые? Образ Мадонны, или Богоматери, — это тот идеал, который стремились воплотить на своих полотнах многие художники. Образ идеальной женщины. Однако, в отличие от Средневековых святых, теперь образы их пронизаны разными чувствами и на лицах выражены эмоции. Художники стали писать гармоничные, совершенные и структуриррованные образы.

Рафаэль Санти в картине «Мадонна со щеглом» изображает нежную и чистую девушку, в глазах которой теплятся любовь и забота. Все черты её мягкие и излучают спокойствие. Синяя накидка символизирует целомудрие, а красное платье — трудности, через которые предстоит пройти её сыну. Если смотреть с визуальной точки зрения, одежда делает образ Мадонны ещё более мягким и наивным, сглаживая все линии. Младенцы, стоящие подле неё — Иоанн Креститель и Иисус Христос. Иисус гладит щегла, который в символике Возрождения вырвал шип из тернового венца Христа и капля Его крови упала птице на голову, после чего у всех них есть красная метка на голове.

Эта Мадонна Рафаэля несколько отличается от его предыдущих работ. Здесь Богоматерь сидит в более расслабленной позе, в её образе больше естественности и жизни, мягкости и грации. Черты девушки по-прежнему нежные, округлые, одежда создаёт ощущение лёгкости, воздушности. Сюжет схож с «Мадонной со щеглом» — младенцы Иисус Христос (протягивает крест) и Иоанн Креститель.

Образ Мадонны в этой картине, нежный и глубокий. Взгляд зрителя приковывают глаза Марии и младенца Иисуса, глаза полные грусти, которые знают о тех страшных испытаниях, которые их ждут. Символические цвета не меняются — синий и красный. Черты Мадонны, как и на предыдущих картинах, округлые и мягкие, одежда это подчёркивает, а поза изящная и естественная.

И, наконец, перейдём к образу Венер. Венеры тоже служили художникам нескончаемым источником вдохновения и полётом фантазии о идеальной женщине. Здесь творцы стремились изобразись всю красоту женского тела, каждые изгиб и линию.

В эпоху Возрождения возникло новое видение искусства, которое впервые придало первостепенное значение красоте окружающего мира. В противоположность аскетичности и религиозным мотивам, преобладавшим в произведениях эпохи Средневековья, художникам стало особенно важно выразить связь между духовной и физической красотой. И одним из ярких примеров такого достижения стала картина Сандро Боттичелли «Рождение Венеры».

В центре картины рождённая из морской пены античная богиня Венера. Черты лица девушки мягкие и нежные, поза отсылает к древнегреческим скульптурам. Хотя Венера и обнажена, в эпоху Возрождения для художников это значило целомудрие, небесную любовь и непорочность.

Как и у Боттичелли, богиня Джорджоне изображена обнажённой, но целомудренной. Девушка выглядит совершенной, нежной и изящной, находится в полной гармонии с природой и деревушкой позади неё. Плавные изгибы тела Венеры словно повторяют изгибы полей, облаков и очертаний листьев. В этой картине Джорджоне будто хочет приблизить зрителя к богине, обратить внимание на её простоту, а не недосягаемость.

Венеры Возрождения полны красоты, изящества, естественности, непорочности и совершенства.

Подводя небольшую черту над женским образом в эпоху Возрождения, можно сказать, что художники изображали естественность и красоту женского тела такой, какой они её видели, со всеми изгибами и выпуклостями. Ценили живой образ.

Сравнивая образы Богоматери Средневековья и Ренессанса, конечно, мы видим, что на картинках справа они словно живые, в то время как на слева совсем нет. Даже взгляд «левых» мёртвый и холодный, а «правых» светится любовью и заботой. Совершенно разные по настроению и атмосфере образы.

Сравнивая же портреты знатных дам Средневековья и муз Ренессанса, мы снова видим контраст «холодного и горячего», но стоит также отметить, что сквозь века образ женщины всегда сопровождают изысканность и статность. Хотя мода и понятие красоты координально отличаются, эти черты никуда не исчезают.

Образ идеальной женщины ни один художник так и не смог воплотить на своих полотнах, по той простой причине, что идеал недостижим, но мы можем интуитивно понять и собрать этот самый образ из множества произведений воедино. Конечно, в каждой эпохе он свой, так в Средневековье идеальной женщиной считалась та, что глубже духовно, а в Возрождении та, что даже будучи нагой остаётся непорочной и чистой.

Человечество перешло от «запрета» на красоту к изображению сочетания красоты духовной и телесной, и сочетание это поистине великолепно.

Также великолепно то, что несмотря на разные века и разную моду, женский образ никогда не терял изысканности и утончённости. Хотя понятие красоты было разным, художники сумели изобразить то, что для них означало «красиво».